Переступив порог сеней магазина, Женя едва не влетела в широко расставленные руки какого-то громоздкого мужика вывалившегося ей навстречу. Она пыталась увернуться, но сени были тесными, и в одно мгновение она оказалась прижатой огромным животом к бревенчатой стене.
Полушубок насильника распахнулся, и она почувствовала сквозь толстый свитер тепло его тела, которое на секунду парализовало ее, но вспомнив уроки Василия, Женя собралась с силами и оттеснила разбойника к середине коридора. Придурок, видимо решил, что женщина льнет к нему в экстазе желания и расслабился. Второй этап объятий оказался для него неожиданным. Женя внезапно отпряла, выскользнула из-под его руки и двинула его в спину. Мужик с чувством облапал пустую бревенчатую стену. И только тогда Женя узнала в нем Барсика.
— Ого! — гоготнул Барсик и стал разворачиваться. — Птичка то наша еще порхает…
В полушубке и полумраке сеней он казался великаном. Ухмылка на пьяной физиономии не предвещала ничего хорошего и Женя даже усомнилась, что уроки самообороны ей помогут. Неожиданно открывшаяся дверь и чье-то бормотание внесло спасительную паузу. В сенях нарисовалась та самая глуховатая баба Валя, которая когда-то вручила им ключи от домика…
— Дай пройтить-то! — проскрипела старушка, ткнув Барсика в бок.
Пока тот выкатывал глаза, Женя бросилась в магазин, вслед за спасительницей.
— Ну, жди в гости! — пообещал бандит.
Та на мгновение замерла в проходе и бросила через плечо:
— Мы давно тебя ждем… На пару с Калашниковым.
Захлопнувшаяся за ее спиной дверь прервала хохот оборзевшего мужика.
Клава при ее появлении закатила глаза к потолку, словно ничего не слышала, но Женя на всякий случай добавила:
— Мало не покажется.
Продавщица принялась сосредоточенно обслуживать бабу Валю, но как бы, ни к кому не обращаясь, бросила:
— Треплется…
Женя уже так не думала и, вернувшись домой, пересчитала боеприпасы. Патронов было всего два, не считая того, что в стволе. С третьей попытки в лоб то попаду, — решила она. А нет, придется сдаваться… В последнем варианте она не к месту вдруг вновь почувствовала наглое, напористое тело бандита. Ведь изнасилует, гад…, — подумалось ей.