Комната, которую все увидели, была новой и чистой, как если номер в пятизвёздочном отеле: чистые обои, синяя постель, аккуратный комод, красивые картины — словно бы это уже не заброшенное здание, но Акако продолжала шептать «это там». Не понимая, как заброшка может выглядеть так… или, точнее, забыв про этот вопрос, Конан приглядывался к происходящему на кровати, и ведьма любезно увеличила масштаб.
Сначала могло показаться всякое, но потом стало ясно — Аоко сидит у Кида на коленях, а он всем своим телом прижимается к ней, пряча голову на её плече. Его руки крепко сжимаются на её груди, как если бы он боится за неё или… боится без неё? И тут он поднимает голову со своего плеча и позволяет одной руке коснуться щеки девушки, чтобы её лицо смотрело на него.
Последующего долгого поцелуя почти не видно, но потом Кид снова сжимает её в руках с ещё большей силой.
Акако тихо причитает:
— Вчера порнуха была. Позавчера вот это же, — с её губ срывается неподходящий ситуации томный вздох, — Накамори–сан… Бедняга или нет…
— Слушай, — Конан тоже неосознанно касается плеча Акако, от чего та отпрыгивает подальше, хотя мальчик сделал это сугубо случайно — у него дёрнулась рука в ту сторону, — Может, он потерял память, но всё равно видит в ней что–то знакомое…
— Может… Хочешь сказать он всё равно её любит?
— Возможно… Скорее всего… Стоп, — мальчик посмотрел на девушку, — А ты кто ещё раз?
— Её одноклассница.
— А. Ясно.
— Конан–сама? — неловко буркнул Джи, — Что Вы думаете?
— Ну, скорее всего он ощущает, что Аоко–нээтян ему нужна и хочет находиться рядом с ней. Возможно, это его даже успокаивает, — экспертно констатировал Конан, — Но наша миссия не в этом, нам нужно спасти их обоих, уничтожив все ваши Пандоры, так что у кого она?
— Ну, я вижу пять направлений, но два не в Японии.
— А три, которые в Японии?
— Один на Хонсю, другой в Киото, третье… в Арокава? В Эдогаве? Куда–то в ту сторону, — она указала на стену, — Ах, в Наросино, наверно!
— Отличная помощь, просто блеск, — вновь хохотнул Конан, — К слову, правда, что Кид должен знать, где Истинная Пандора?
— Ты что, суицидник?
— Нет, но план Б должен быть.
— План Б: «Убейте меня, вот я!», — усмехнулась Акако. Ирония у неё выходила неплохая, — Или у Вас, детектив, есть план?
— Ну, можно воспользоваться агентом.
— Агентом? Кем ты готов пожертвовать? Не мной же?
— Да сдалась ты мне, — от этих девушка навернулась на пол прямо с барного стула. Мальчик повернулся прямо к ней, продолжая сидеть, — Внутри того здания уже есть агент.
— Кто? Стой, Накамори–сан?! А если он её.!
— Возможно, но, смотря, как он ещё прижимал к себе, вряд ли, — он спрыгнул со столика, пока Джи собирал осколки бокала, который он уронил, услышав об этом плане, — Но она должна знать, так что с тебя — способ с ней связаться. Ведьмы могут такое?
— Могут, но нет.
— Почему «нет»?
— Потому что точно не «да».
Джи хотелось засмеяться — Акако и Конан были совершенно разными, но что–то в их голосах было одинаково сильно и сурово. Их спор длился бы вечность.
— Конан–сама, Акако–сама, я всё понял. Но Вы уверены, что это может сработать?
— Я — да, — вновь заявил Конан.
— Я — нет! — снова возразила Акако.
— Хотя как я могу быть уверен, что ты сможешь с ней связаться? Докажи.
— А докажу! — в миг переобулась ведьма, — Джи–сан, краски!
— Какие? — испугался старик.
— Магические! У Вас под той кучей валялись, я почувствовала.
— Сейчас!
Конан проследил за убегающим стариком. И у них есть магические краски? Это сколько он не верил в магию, что пол жизни пропустил? Хотя, судя по странным и разной степени громким раздражающим звукам, в этой куче можно найти что угодно, а запутаться ещё легче, потому Джи вылетел с тяжёлой на вид банкой красной краски только через минуты три.
— А потом это можно стереть или… Это всё-таки мой бар!