— Я просто… — девушка была напугана неожиданными моими нападками, но мне все равно.
— Больше ни на шаг не отходи от шехзаде, ведь, если с ним что-нибудь случиться, я тебя убью. А теперь, начинай собирать наши вещи. Мы скоро возвращаемся в Манису.
Я все эти дни, пока мы еще оставались в столице, молчала, ничего не делала на зло Нурбану, ведь план, который созрел в моей голове, нуждается во времени, как хорошее вино — чем больше выдержка, тем оно слаще. Я смотрела в окно, чтобы не укачиваться от четвертого дня в пути.
— Госпожа. — сказала Нихтан, отвлекая меня. — Шехзаде Осман уснул, давайте я его подержу. — я посмотрела на спящего сына, которое почти не выпускала все эти дни из рук, и не могла поверить всему, что пережила за столь короткое время.
— Нет, пусть он побудет еще у меня в руках. — я смотрела, как у него сложены губки-бантиком, и маленькие бровки его ручки крепко сжимали мой указательный палец, от чего сердце мое трепетало еще сильнее. — Я сделаю все, чтобы защитить тебя, даже, если придется идти по трупам. — я подняла голову и увидела испуг на лице служанки. — Тебе нечего бояться, если конечно, не пойдешь против меня. — я сделала глубокий вздох и повернула голову в окно. Передо мной предстала неприятная картина. Я снова увидела его. Мехмед-ага вел троих девушек на повозке, как скот, как нас когда-то. Я быстро отдала сына служанке и повернувшись начала стучать, чтобы остановили карету. Когда она остановилась, я открыла дверь и, сжав в руках юбку, выбежала из кареты.
POV Автор.
Селим, ехал впереди всей свиты на лошади, вместе с охранниками. Увидев, что к ним кто-то приближается, шехзаде поднял руку, давая знак — Остановится! Солнце, светящее так ярко, ослепляло Селима. Лишь когда всадники, ехавшие напротив прикрыли собой уже садящееся солнце, можно было разобрать, что это люди шехзаде — его сокольничий Ахмед-ага и еще несколько стражников.
— Шехзаде. — остановившись напротив мужчины, сказал Ахмед. — С возвращением.
— Спасибо. Сегодня расскажешь мне о делах в Манисе. — в ответ сокольничий лишь кивнул. Только, шехзаде собирался продолжить путь, как к ним подъехал стражник, ехавший за второй каретой (прямо за Селимом ехала в карете Нурбану с детьми и служанками, за ней в карете ехала Салиха с сыном и Нихтан, а за ними две, победнее кареты в которых ехали фаворитка Дильшах, Джанфеда и другие из прислуги).
— Шехзаде. — поклонился стражник.
— Что такое?
— Салиха Султан остановила свою карету и вышла из нее.
— Почему?
— Не знаю. Сразу Вам доложил.
Селим, посмотрел на Ахмеда, а потом, взяв лошадь за поводья, двинулся с места. Объехав карету Нурбану, он увидел, что Салиха быстрым шагом направлялась по дороге за какой-то повозкой. Доехав до нее, шехзаде слез с лошади, отдал поводья стражнику, и побежал за фавориткой.
— Салиха! — он звал девушку, но та словно его не слышала Салиха!!! — он догнал фаворитку и, обогнав ее, остановил, взяв за плечи. Впервые он видел ее такой. В одном взгляде любимой сочетались страх, боль, отчаяние и злость.
— Это он! — крикнула девушка. — Он!!! — она указала на Мехмеда-агу.
— Кто он?! — не выдержав, крикнул Селим.
— Мои шрамы! Это он! — шехзаде повернулся, но повозка была уже очень далеко. — Это он! — крик превратился в истерический плачь. Единственное, что могло успокоить её, это крепкие объятья Селима.
— Что произошло? — спросила Нурбану.
— Не знаю. — выглянув в окно, отодвинув шторку ответила Рахсар.
— Возьми. — она отдала сидящую у нее на руках Гевгерхан в руки Чичек, которая держала шехзаде Мурада, и вышла из кареты, чтобы проверить в чем проблема.
Первое, что увидела Султанша — это Ахмед-ага, сидящий верхом на лошади и с странным выражением лица смотрел куда-то далеко. Повернувшись в ту сторону, она увидела, как сильно Селим, обнимает Салиху, от чего ее сердце начало сжиматься еще сильнее. Нурбану положила руку на левую грудь, пытаясь сделать глубокий вдох, но обида и боль, которые пробрались как ком из горла, прямо к сердцу, не давали возможности сделать это.
Ахмед держал в правой руке ожерелье, которое он специально, еще четыре месяца назад заказал у ювелира, специально для Виктории. Узнав, что некая фаворитка Салиха родила Селиму сына, он никак не мог представить, что это Виктория. Девушка, которую он увидев первый раз — полюбил.
POV Салиха.
После этой остановки, я долго не могла, собраться с мыслями, поэтому даже не взяла Османа на руки. По прибытию в Манису, я вышла из кареты, и первый, кого увиделя был Зюмьлют-ага.
— С возвра… — он стоял, опустив голову, но приподняв ее, и увидев меня, явно удивился. — Виктория?