Министерская «Жаба» с отвратительным бархатным бантиком на коротких волнистых волосах приторно-сладко улыбнулась студентам, обнажив ровный ряд острых зубов и сложив некрасивые руки с пухлыми короткими пальцами на животе. Костюм мерзкого розового цвета делал и без того противную тетку еще гадостнее. От этой улыбки у Флоренс едва не свело зубы, но она постаралась сохранить максимально равнодушное выражение лица, уткнувшись взглядом в свою тарелку с овощным рагу. После той речи, что сейчас толкала эта Амбридж, у нее напрочь пропал аппетит, а к горлу подкатил комок.
— У тебя полно мозгошмыгов, знаешь об этом? — слева от пятикурсницы раздался мечтательный тихий голос, и Флоренс обернулась резче, чем хотела.
На нее глядела огромными голубыми глазами навыкате и безмятежно улыбалась Полумна Лавгуд, слегка не от мира сего, но вполне милая девочка. Конечно, вслух этого новоиспеченная староста никогда бы не сказала, потому только облегченно выдохнула.
— Лавгуд, если бы я подавилась, то моя смерть осталась бы на твоей совести. И тебе не помешало бы причесаться, — Флоренс быстро окинула взглядом спутанную копну длинных волнистых волос красивого пепельно-белого цвета.
Полумна устремила отрешенный взор в заколдованный потолок Большого зала, который сейчас отображал те густые темные тучи, заполонившие сейчас все небо снаружи. Уайлд повела бровью и ощутила на себе чей-то взгляд, не оборачиваясь. Дамблдор вернулся к своей речи, рассказывая первокурсникам о запретах и, хмыкнув в длинную седую бороду, о визитах в кабинет мистера Филча. К слову, школьного завхоза Флоренс откровенно недолюбливала, а особенно его тощую облезлую кошку с огромными красными глазами по имени миссис Норрис. Эта обожаемая Филчем киска не раз покушалась на жизнь Белби и, если бы не Малфой и Лавгуд, то хорек покинул бы этот бренный мир в пасти миссис Норрис еще на втором году обучения своей хозяйки. После последней встречи с кисой завхоза у Белби едва не случился инфаркт. — Думаю, теперь вам пора отправиться по теплым постелям, — Дамблдор решил закругляться к огромному облегчению всех студентов, — А старосты пусть проследуют за профессором МакГонагалл в ее кабинет, где их ждет распределение по башням. Флоренс боковым зрением увидела, как сморщился МакМиллан с Пуффендуя и как горделиво выпрямилась Грейнджер, словно зная все тайны мироздания. Ясно, что гриффиндорской заучке все известно, ведь МакГонагалл не могла оставить свою лучшую студентку без информации. Девушка словила взгляд Малфоя и его утомленную рожицу. Флоренс показательно фыркнула и отвернулась, вылезая из-за скамьи и направляясь к декану Гриффиндора, которая ожидала старост у дверей Большого зала со стальным блеском в болотных глазах, виднеющихся из-за квадратных больших очков. Аббот и МакМиллан подошли первыми, дожевывая шоколадные эклеры и пироги с яблоками, потом Энтони Голдстейн, однокашник Уайлд, поправляющий свои непослушные каштановые вихры и ослепительно улыбающийся всем вокруг. А особенно Грейнджер, которая, впрочем, не обратила на него ни малейшего внимания, отчитывая Уизли, повесившего свой длинный веснушчатый нос и грустным щенячьим взглядом надеявшегося разжалобить суровую подружку. Малфой, толкнувший плечом долговязого Рональда, хотел было отпустить грандиозную шуточку, но вовремя поймал предупреждающий взгляд Флоренс.
— Приготовь платочек, Грейнджер, а то у Уизела сейчас потекут сопли, — все же не удержался от колкости Драко, — А может и слюни…
Уизли покраснел до корней волос, Гермиона вспыхнула, тряхнув своей густой нечесаной гривой и гордо задрав подбородок. Гриффиндорцы прошествовали мимо Малфоя молча, не нарываясь на грубости. Молодой человек, неприятно ухмыльнувшись, подошел к Уайлд, не обращая никакого внимания на Паркинсон. Если бы можно было прожигать взглядом, то от Флоренс осталась бы только кучка пепла, рассеявшаяся по ветру. Но Пэнси, сморщив свою мордочку мопса, гордо расправила плечи и поплелась к МакГонагалл.
— Следуйте за мной, — пожилая женщина задержала недовольный взгляд на Драко и поджала тонкие сухие губы так, что их стало почти не видно.
Первыми пошли Уизли и Грейнджер, продолжая шепотом выяснять отношения, за ними погрустневший Голдстен и воркующие МакМиллан с Аббот. Малфой, заметив малейшую перемену в настроении Уайлд, поубавил спесь и подрастерял самоуверенный вид.
— В чем дело? — прошептал он, склонившись к уху девушки под яростный взгляд Пэнси.