1
ИВИ
Месяц назад…
Я вздрагиваю, когда громкий треск наполняет квартиру, а затем их крики раздаются снова.
Мои пальцы так крепко сжимают карандаш, что я удивляюсь, как он не сломался в моей руке.
Каждое слово, брошенное в адрес сестры, пронзает меня насквозь, причиняя мне столько же боли, сколько, я уверена, и ей.
Но я ничего не могу с этим поделать.
Еще несколько лет назад я бы бросилась туда и попыталась отстоять ее интересы. Но я быстро поняла, что от этого становится только хуже.
Как бы больно мне ни было, я обещала Блейк, что не буду вмешиваться. Как бы плохо это ни звучало.
Движение в комнате привлекает мое внимание, и я поднимаю глаза, чтобы увидеть, как наш отец направляется ко мне. Как обычно, между бедер у него пустая бутылка водки, а с губ свисает почти догоревшая сигарета.
— Она снова доставляет неприятности? — спрашивает он, его голос груб от многолетнего злоупотребления своими легкими.
Я поджимаю брови, так как гнев продолжает пылать во мне.
— Она больна, папа. Я думала, ты поймешь, — выплевываю я.
Он усмехается, продолжая двигаться к мусорному баку, чтобы выбросить свою пустую бутылку.
— Переработка, — рявкаю я, заставляя его приостановиться.
— Это всего лишь одна бутылка, — бормочет он себе под нос.
— Пока что, — добавляю я. — Пока что одна бутылка за сегодня. Когда ты сам относишь ее в мусорные контейнеры, у тебя появляется свое мнение.
Он смотрит на меня холодными, шокированными глазами. Но мне все равно.
Прошли те дни, когда я затыкалась и мирилась. Я покончила с этим дерьмом. Если у меня будет возможность указать ему на то, какой он дерьмовый отец, я это сделаю. После этого я все еще буду чувствовать себя чертовски виноватой, но ему не нужно об этом знать.
— Что залезло тебе в задницу и умерло там сегодня?
В квартире раздается еще один стук, после чего дверь распахивается, и в этом направлении раздаются тяжелые шаги.
У меня сводит живот, и я снова крепко сжимаю карандаш.
— Добрый день, Дерек, — ворчит отец, изучая своего старого друга, как будто тот не только что угрожал его первенцу в спальне.
— Джереми. И малышка Иви, — воркует он, и выражение его лица меняется на такое, что я испытываю отвращение.
Он изучает меня так, будто я вовсе не маленькая. Что, конечно же, не так. Больше нет.
— У меня есть кое-что для тебя, — поет он, засовывая руку в карман.
Папа с интересом изучает нас, но я игнорирую его внимание. Я слишком отчаянно хочу получить то, что Дерек собирается мне вручить.
Волнение разгорается в моем животе, как только я вижу пачку банкнот в его руках.
— Держи, милая. — От того, как его пальцы касаются моих, у меня по руке бегут мурашки, и не самые приятные.
— Спасибо, — вежливо говорю я, пытаясь забрать у него деньги.
— Ты ведь знаешь, что можешь получить больше, не так ли?