Он въедливо глянул на неё, сузив глаза, и Гермиона сбилась на полуслове.
Она… болтала с ним?
Будто это что-то настолько же простое, как ткнуть его в ошибку в расшифровке рун или огрызнуться на шутку про её волосы.
Болтать с ним, лёжа в кровати с утра, не перед тем, как накинуться друг на друга, а после этого и после совместного сна. Она даже не знала, что они могли так.
А Гермиона не любила чего-то не знать.
Она вновь попробовала считать выражение лица и глаз Драко, и было что-то в его взгляде, похожее на страх. Моргнув, он потянулся, отворачиваясь и скрываясь.
— Ты…
— …Должен идти.
— Но сейчас рано, — возразила Гермиона, имея в виду одновременно и время суток, и время, отведённое им.
Они ведь не делали ничего плохого и в целом-то могли попробовать продолжить. В этот момент казалось, что это не было плохой идеей. Хотя, возможно, её разум проснулся не до конца.
Драко замер, опираясь на локоть, и нахмурился. Волна эмоций, непонятных и незнакомых, пробежала по его лицу. Он медленно, будто пробуя каждое слово на вкус, проговорил:
— Сейчас утро, — пауза, — ты без маски, и, наверное, мне правда пора.
Как будто это разумные причины для подобного вывода.
Он мог бы уйти, но не из-за времени дня или клочка ткани. Он мог уйти, потому что кто-то из них или они оба так решили. Но ведь до этого у них не было и шанса обсудить подобные решения.
Без маски она распахнула глаза и видела что-то нечёткое, но вынуждающее разобраться.
Собрав всю свою выдержку и чёртову гриффиндорскую храбрость, Гермиона сказала:
— Ты мог бы задержаться, Драко.
Тебе стоит остаться. Я хотела бы, чтобы ты не уходил. Я думаю, что тебе лучше быть здесь.