— Мои ноги никогда не были сексуальными.
Драко стянул губами кусок еды со своей вилки.
— Напомни мне это позже: когда они будут обхватывать меня.
Глаза Грейнджер потемнели.
— Ты не посмеешь, Малфой.
— А что, если я это сделаю? — Драко представил, как будет глубоко внутри нее, а эти длинные ноги сожмут его тело, прижимая ближе.
— Как ты можешь быть таким расслабленным? — потребовала Гермиона.
Драко пожал плечами. Как бы он ни выглядел, внутри у него все дрожало. Он мог бы назвать это повторным лишением девственности.
— Я стараюсь ради тебя. Но не думай, что я отношусь к этому как к чему-то малозначительному.
Грейнджер нахмурилась, изучила его долгим взглядом, но все-таки приступила к еде.
— Расскажи мне, что тебе во мне нравится, — предложил Драко спустя время.
— Мне нравится, когда ты молчишь, — огрызнулась она.
Малфой проигнорировал это замечание.
— Полагаю, тебе что-то во мне все-таки нравится. В конце концов, почему-то же тебе пришла в голову идея, чтобы я стал отцом нашего ребенка.
Гермиона уперлась взглядом в грудь Драко, а затем покраснела до кончиков ушей.
Малфой тепло улыбнулся.
— Мое тело? Что ж, полагаю, это хорошо.
Повисло молчание.
— Драко, — тихо спросила Гермиона, — а почему ты сказал «да»?
Он пожал плечами.
— Ты умна, молода, и у тебя хорошие бедра. У тебя большое сердце, и из тебя выйдет отличная мать. Почему бы и нет?
Грейнджер скривилась.
— Ты только что сказал, что у меня хорошие бедра? И ты не знаешь, какая из меня выйдет мать.
— Конечно, знаю: Гермиона Грейнджер — самый честный и порядочный человек, которого я когда-либо встречал. Я бы не согласился, если бы считал, что ты будешь никудышным родителем. — Его мысли вдруг вернулись к Гринграсс, и у Малфоя защемило в грудине.
Но Гермиона все еще смотрела на него, и он заставил себя улыбнуться.
***
Грейнджер думала об Астории.
И о том, будет ли Малфой представлять Гринграсс, пока занимается с ней сексом.
Она почти спросила его об этом, но вовремя остановила себя, и они продолжили есть.
Когда они закончили, Драко отложил столовые приборы и отодвинул тарелку. Он потянулся за вином и сделал большой глоток.
Его взгляд прожигал Гермиону.
— Все будет хорошо, — сказал Малфой, и она быстро кивнула. — Я не причиню тебе вред.
Грейнджер облизала внезапно пересохшие губы.
— Это действительно мой первый раз, — зачем-то сообщила она. Настала очередь Драко кивать. — Но я знаю, как все работает между мужчиной и женщиной, я изучала этот вопрос…
— Не сомневаюсь…
— …так что просто давай сделаем это по-быстрому. Мне неловко из-за всей этой ситуации.
Взгляд Малфоя, казалось, проникал ей под кожу.
— Что ж… Мне нужно в туалет, — объявил он, — а потом встретимся в постели, да?
Гермиона неопределенно качнула головой.
Драко встал и направился в ванную.
Грейнджер посмотрела ему вслед, а затем поднялась, сложила тарелки в раковину и направилась в спальню. Она застелила постель чистыми простынями. В тумбочке лежали салфетки, и Гермиона выложила их на видное место. Проверив, что из-под полотенца не видны ее секс-игрушки, она задвинула ящик.
Если они собирались сделать это, то не было лучшего времени, чем настоящее время. Потому что ожидание сводило ее с ума.
Гермиона могла слышать Драко в ванной, звук смыва в унитазе и шум воды в трубах, когда он мыл руки. Она быстро разделась, скользнула под одеяло и уставилась в стену напротив кровати.
Покашливание Малфоя, которым он привлекал ее внимание, заставило ее резко повернуть голову. Драко стоял, прислонившись к дверному косяку, в расстегнутой у горла рубашке. Она растерянно подумала, что он, должно быть, оставил свой пиджак на кухне. Грейнджер призналась себе, что Малфой выглядел сексуально.
— Я могу войти, Гермиона?