Грузовой люк со скрежетом сдвинули, и тут же в открытую щель водопадом устремился солнечный свет, растекаясь яркими желтыми лужицами по ржавчине пола и стен. На веревке нам что-то спускают., только против света никак не удается разобрать, что это. Судно чуть качнулось, и на пол плеснулась вода. Кок тут же рванул к ведру, повинуясь этому всплеску словно сигналу, да и вся команда оживилась. Поят, уже хорошо. Ведро отвязали, воды тут не очень много, литров семь, может восемь. Половина, короче, с небольшим от стального ведра.
— Экономьте, неизвестно, когда следующее ведро дадут. Передавайте по кругу, — ровным голосом командует капитан. Вот уж у кого железная воля, так у этого мужика. Ровный уверенный голос. Он, похоже вообще ни черта не боится.
Пьем по очереди, бережно, жадно, не проливая ни капли. Вода тепловатая, лучше б дали похолоднее, но уж какая есть. Главное, что она есть. Сейчас бы умыться, но воды откровенно жалко, да и команда не даст понапрасну тратить бесценную жидкость.
Еще через полчаса нам сбросили пару булок с кухни, не много, но лучше, чем ничего. Поели, плывем куда-то, мужики молча сидят каждый в своем углу. Вдруг вздохнул кок, к нему поближе пересел Джинджер. Все же как гулко тут разносится эхо шагов.
— Камбуз, о чем печалимся?
— Время ставить вариться обед.
— Ну так считай, что у тебя случился внеплановый отпуск.
— Там осталась вся посуда. Нет, так-то бы черт с ней. Но как представлю, что им достался мой личный комплект ножей! Я его оставил на самом виду, осел. Знал бы, что так будет, припрятал бы.
— Нашел о чем скорбеть. Главное — выбраться, а там купишь новые.
— Бабка тебе больше не снилась? — с затаенной надеждой в голосе спросил кок.
— Так, а кто этой ночью спал? Может ты или старпом?
— Угу, два раза. Вон, кадет и тот всю ночь глазами хлопал, а должен был бы и подремать, щенок же еще совсем.
— Так уж и щенок. Эй, кадет! Серджо! Сколько тебе лет?
— Двадцать исполнилось, — всю жизнь был Сергеем, но команда судна переиначила имя на свой лад.
— Молодой совсем. Неужели не забоялся пиратов?
— А чего их бояться? Как будет, так будет.
— И то верно. Слушай, а правда, что у вас в вашей стране есть такой же граф Дракула, как и у нас?
— В сказках? Я бы не сказал, есть похожий, Кощей бессмертный. Но он не вампир, просто человек, только очень тощий, бледный и убить его сложно. Как-то так.
— А мне с детства бабка рассказывала сказки про Дракулу. Он тоже тощий и живет в замке. А Кощей?
— Не знаю. Но, вроде да.
Дальше часа два Джинджер упорно травил сказки про вампиров и прочие легенды своей страны. Каждое слово отдавалось слабым эхом, усиливая эффект мрачноватых сказок. И дется никуда не денешься и помолчать не попросишь. Вон, даже капитан и тот заслушался. На душе и так тошно, а тут бесконечный треп, отчего-то заныла нога в месте вчерашней ссадины. Посмотреть бы, да смысла особого нет, ни йода, ни зеленки. Заживет уж как-нибудь.
К обеденному времени люк приоткрыли снова, мужики, кто постарше, насторожились. Вода у нас еще оставалась, причем довольно много, уж половина от того, что давали, так точно. На веревке все так же спустили в ведре небольшой груз, судя по тому, как ходит веревка, довольно легкий. Кок скорее пошагал встречать вероятный запас провизии. Во весь рост встал капитан.
— Куда мы плывем? — вот неуемный. Так они и скажут.
— На свадьбу!
— На чью свадьбу?
— На вашу, — и расхохотался странным взвывающим смехом.
Из ведра на пол выставлена еда: хлеб, сырые сосиски. Жить можно.
Глава 7
Во дворце мира оборотней