— Её кожа была желтоватой, когда я забрал её из погреба.
— Ладно. Признаюсь. Я её вылечил. Я решил, что вам будет неприятно смотреть на её лицо прокажённой. Ведь она здесь единственная женщина.
Лицо прокажённой? Я почти фыркаю, но поскольку Юстус Росси только что спас мою задницу, я оставлю без внимания этот комментарий.
— Как предупредительно с вашей стороны, генерали. Как жаль, что предатель Лазарус сбежал со всеми лечебными кристаллами.
Я моргаю, потому что я точно помню, как Лазарус рассказывал мне о том, что Данте отказался одолжить воронам кристаллы шаббианцев, которые были нужны мне после попадания в меня отравленной стрелы.
— Я работаю над тем, чтобы вернуть их, сир.
— А пока ты их ищешь, — Данте сжимает край повязки, обмотанной вокруг его руки, и начинает разматывать её, — мне надо вылечить эту рану. Не мог бы ты использовать свою магию?
Я кошусь на Юстуса, который держится всё с таким же апломбом.
Он делает шаг в мою сторону и протягивает мне платье.
— Не хочу испачкать кровью твой наряд.
Я забираю у него одежду и прижимаю её к груди. От прикосновения колючего фатина моя кожа покрывается мурашками. Я бы очень хотела, чтобы рана Данте загноилась и начала нарывать, но я скрещиваю пальцы и молюсь о том, чтобы Юстус действительно знал, как рисовать лечебный магический знак, в противном случае… в противном случае нам крышка.
Когда повязка падает на пол и обнажает след от моих зубов на его большом пальце, я морщу нос. Из прокусанной кожи не только сочится гной, но ещё и кожа вокруг так сильно потемнела, словно мой укус был ядовитым.
Правда, я и так уже чувствовала себя ядовитой, но теперь я уже начинаю думать, что это действительно так.
А, может быть… может быть, обсидиан в моей крови вызвал такую реакцию? Что если вещество, которое употребляет Данте, чтобы быть невосприимчивым к железу и соли, вызывает аллергию на камень, из которого построена эта крепость?
ГЛАВА 15
Юстус вытаскивает из-под рубашки кулон на кожаном ремешке, откупоривает небольшой пузырёк, висящий на нём, и обмакивает палец в жуткую субстанцию, похожую на кровь Мириам.
— Вы можете почувствовать жжение, — предупреждает он и начинает обмазывать следы от моих зубов.
Данте даже не дёргается. Он как будто перестаёт дышать, сосредоточившись на заклинании Юстуса.
— Вы что-нибудь чувствуете, Маэцца?
— Нет.
Вздохнув, Юстус отпускает руку Данте и окунает пальцы в ванну, после чего вытирает их о носовой платок с вышитой буквой «Р».
— Я прекрасно понимаю, что, возможно, вы не захотите это слышать, но вам следует уменьшить дозу…
— Я сейчас не спрашивал твоего мнения, Росси.
Юстус продолжает вытирать пальцы об именной платок, хотя я подозреваю, что они уже сухие.
— Когда Мириам проснётся, я попрошу её вылечить вас.
— Нет.
— Она не станет вас заколдовывать, Маэцца.
Сердитое выражение лица Данте красноречиво говорит о том, что он думает о заверениях Юстуса. Будь я на его месте, я бы, наверное, тоже опасалась Мириам. Она, может быть, и согласилась соединить нашу кровь, но почему Мириам не может отменить заклинание, которое она наложила на его род?
Святой Котел, неужели это можно сделать? Несмотря на то, что я отчаянно пытаюсь сбежать из этой тюрьмы, я понимаю, насколько ценным может быть моё нахождение здесь, рядом с Мириам и королём фейри. Он, может быть, и не позволит ей коснуться его, но он не боится моего прикосновения, так как не знает, что моя магия активирована.
Несмотря на то, что вода стекает с волос мне на спину, а воздух наполнен пронизывающим холодом, я уже не чувствую себя замёрзшей.
— Ты боишься её прикосновения, но позволил ей связать нашу кровь?
— Я не боюсь этой ведьмы; я ей не верю. Как и тебе.
Данте начинает наматывать на руку испачканную повязку, но срывает её, издав раздражённый рык.
— Росси, найди мне новую повязку и бутылку какого-нибудь алкоголя.
Алкоголя? Неужели ему так больно, что приходится пить днём?
Глаз генерала дёргается, когда он получает этот ничтожный приказ.
— Могу я передоверить это Брамбилле, чтобы помочь своей внучке надеть платье. На нём слишком много пуговиц.
— Я, конечно, ранен, Росси, но я не калека.
Генерал напрягается.
— Конечно, нет, но у вас идёт кровь.
Данте обхватывает запястье поврежденной руки и прижимает её к золотым доспехам.