Таинственное очарование источника было разрушено, люди и эльфы сразу зашумели, делясь впечатлениями и направились к выходу.
Проводив группу, я закрыла главные ворота, повесила массивный замок и только потом устало вздохнула. Это был долгий день.
— Элис, ты делаешь успехи. Я даже слегка прослезился, — знакомый насмешливый голос послышался за спиной.
Я обернулась и увидела того самого эльфийского наследника, который вальяжно развалился на каменной ограде, покачивая ногой.
Высокий и стройный мужчина был одет в расшитый серебряными нитями камзол, узкие брюки и высокие замшевые сапоги. Длинные светлые волосы собраны в высокий хвост, позволяя рассмотреть заострённые уши. Приятное лицо, с тонкими аристократичными чертами, достойное кисти художника.
Эльф был бледен и слегка светился в наступающих сумерках, а сквозь его тело можно было разглядеть растущие за оградой розовые кусты.
Натаниэль — эльфийский принц и наследник трона, был самым настоящим призраком.
И этот призрак сейчас смотрел на меня, хитро улыбаясь.
— Тебе не надоело слушать одно и то же в сотый раз? — я сложила связку ключей в карман и направилась обратно к дворцу, чтобы забрать свои вещи.
— Разве такое может надоесть? — Нат легко спрыгнул с ограды и теперь шагал рядом со мной.— Ты так возвышенно рассказываешь о моей смерти. Я даже начинаю гордиться своим поступком.
— Врёшь, — фыркнула я, даже не оборачиваясь. — Ты когда-нибудь расскажешь мне, что случилось на самом деле?
— Вот приду к тебе на смертном одре и раскрою свою тайну, — заунывно протянул призрак.
— Нат, — я поморщилась, когда перед лицом проплыли призрачные руки, пытаясь поймать меня за шею. — Я серьёзно.
Больше всего на свете мне хотелось узнать правду. С детства меня очаровывала трагичная история старого дворца. Но изучив труды наших летописцев, я быстро поняла, что они скрыли нечто важное от целого города.
— Если бы я знал, уже давно бы рассказал. — Натаниэль сложил руки на груди. Теперь он просто плыл над землёй, пристроившись к моему шагу.
— Позволь хотя бы рассказать твоим родителям и брату, что ты… ну не знаю, в каком-то смысле жив!
Теперь фыркнул призрак:
— Этим снобам в коронах? Им и при жизни было плевать на меня.
— Я в это не верю, — я упрямо качнула головой.
— Да неужели? — прошипел эльф, начиная раздражаться.
Натаниэль ненавидел разговоры о своей семье.
— Ладно-ладно! — я примиряюще подняла ладони. — Но когда-нибудь ты согласишься…
— Даже не надейся.
Мы подошли к старой двери, за которой скрывалась крохотная каморка, где я оставляла личные вещи на время работы. Внутри находились только стол, стул, старый комод и огромное помутневшее зеркало в золотой вычурной раме, которое кто-то принёс сюда, да так и забыл.
Забрав пальто, шляпу и свёрток с книгами, я снова закрыла дверь, пересчитала ключи и спрятала их в большую вазу с засохшим цветком у входа. Теперь можно было отправляться домой.
— Не понимаю, почему ты не хочешь остаться? — эльф всё ещё парил рядом, наблюдая за моими сборами. — Пустых комнат здесь полно.
— Натаниэль, — я покачала головой. И как это объяснить призраку? — Я понимаю, что тебе скучно, но я не могу остаться жить в королевском дворце, который является не только историческим памятником, но и наследием высшей эльфийской расы.
Каюсь, я процитировала строчку из рекламного буклета, подавив усмешку, чтобы не обидеть своего приятеля. Восприятие реальности живых и мертвых всё же немного отличалось. Я замечала это уже не первый раз.
Принц только глаза закатил.
— Будь я жив, разрешил бы тебе здесь остаться.
— Будь ты жив, даже и не посмотрел бы в мою сторону.
Нат промолчал, задумавшись.
Но я-то прекрасно знала, как чистокровные эльфы, особенно аристократы и знать, относились к таким, как я. Многие до сих пор недружелюбно настроены к людям и выступают против союза, который был заключен при последней войне. Они были бы счастливы, если бы все люди разом убрались из бывшей столицы эльфийского государства.
А уж такие, как я, полукровки, которых после войны появилось великое множество, ненавистны им вдвойне. Ходят слухи, что сам принц Антаэль придерживается подобного мнения.