Через пол минуты, после мигания дверного глазка и небольшой паузы, щёлкает ключ и дверь раскрывается.
— Здравствуйте, миссис Хьюз, — произношу я, радуясь тому, что мои подсчеты были верны. Теперь главное — не дать ей закрыть дверь, прежде чем я успею уговорить впустить себя.
— Что ты тут делаешь? — удивленно бросает мне женщина сорока лет с объемной короткой копной темно-каштановых волос. Мой визит определено привел ее в замешательство.
— Я хотел поговорить…
— …после того, что вы натворили, у вас ещё хватает наглости заявляться сюда?! Луизы нет дома, и даже если бы была, то я б вас к ней и на пушечный выстрел не подпустила!
— Я пришёл к вам, — выдерживаю я первый шквал огня.
— Ко мне? Зачем? — недоверчиво начинает она разглядывать меня, хмуря тонкие изогнутые брови.
— Мне надо с вами поговорить. Это очень важно. Так можно войти?
Она мешкается пару секунд, морща глаза. Миссис Хьюз смыкает недовольно губы, о чем-то задумавшись, а потом раскрывает передо мной дверь и приглашает внутрь.
Ликуя небольшой победе, я захожу в узкую небольшую квартиру со светлыми стенами цвета слоновой кости. Меня обволакивает лёгкий, ненавязчивый аромат пряной выпечки, что витает в воздухе. Я по-глубже втягиваю его в себя.
И да, я сомневался, впустит ли она меня в дом. На тот случай, конечно, припас план «б» и заставил бы её выслушать себя, даже находясь за дверью.
Миссис Хьюз спокойно проходит в строну и поворачивает на лево, ведя меня по маленькому коридору. Мы оказываемся в небольшой уютной кухне. У стены слева стоит стол со стульями, напротив меня кухонная мебель цвета молока, а с права окно, на котором аккуратной стопкой лежат книги.
— Присаживайтесь, мистер Бейтман! — говорит она указывая на стул.
— Прошу вас, просто Адам, — сажусь я напротив нее.
— Чай, кофе? Адам?
— Чай.
От Луизы я узнал, что она искусно его заваривает, а на войне все средства хороши. Миссис Хьюз встаёт со стула, идёт к плите и начинает там копошиться. Мне ничего не остаётся как разглядывать все вокруг себя, ожидая, когда она вернётся. На столе стоят в ряд кружки: чёрная с хоккейной шайбой, белая с именем Луизы и ещё парочка. На холодильнике мое внимание привлекают несколько фотографий. На первой запечатлены Каил и Луиза, сияющие в камеру, на второй вся их семья вместе с отцом. Я мгновенно вспоминаю как узнал о том, что его давно нет в живых. К горлу подкрадывается ком, который я не могу ни сглотнуть, ни вытащить. В тот день я повел себя как настоящий ублюдок и до сих пор за это отдуваюсь.
Миссис Хьюз ставит чашки с чаем на стол и продвигает одну ко мне.
— Так о чем ты хотел поговорить? — спрашивает она усаживаясь напротив.
— Вы знаете о чем. О вашей дочери. — говорю я, отпивая глоток чая. Он оказывается слегка сладковатым, с отдаленной горчинкой и приятной терпкостью. Весьма не плохо, признаю.
— Что именно? — пронзительно смотрят на меня ее светло-коричневые глаза. Она прекрасно знает что, лишь прикидывается.
— Миссис Хьюз, я знаю вы не такого мнения обо мне, каким пытаетесь прикрыться. И давайте на чистоту — я вам не нравлюсь, но признаюсь, что не особо я и стремлюсь угодить.
— Очень мило. Но…
— Нет, давайте скажу зачем я пришёл. Ваша дочь очень важна для меня, — парирую я, не отрывая контакт от глаз с янтарным отблеском. — Все это время я старался избегать её, старался не мешать идти дальше, жить дальше. Но не могу. Я понял, что не хочу этого.
— А ты хотя бы приблизительно понимаешь, что хочет она?
— Да, и поэтому я здесь. Мне не нужно от вас разрешения, вам и так ясно. Но вы её мать, а значит вас она выслушает, от вас во многом зависит её решение.
— И что же я должна сделать? — притворно улыбается она. — Уговорить её броситься к тебе в объятия?