Даже если я приду сюда одна, я найду могилку Лады. Рядом с ней растет большая голубая ель.
В горле ком. Хочу сказать хоть что-то, но не могу. Просто смотрю на улыбающуюся Ладушку, вырезанную в камне.
Тут очень чисто, ни соринки, ни травинки. Несколько ваз с завявшими цветами. Мягкие игрушки.
Я в первый раз на кладбище, поэтому что делать вообще не знаю. Оглядываюсь в поисках подсказки - мать с Григорием уже тоже почти догнали нас.
Мать несет гвоздики, а Григорий Федорович - пятилитровую бутыль с водой.
Уступаю им место и наблюдаю.
Мать подходит к надгробию и привычным жестом наклоняется и целует гранит. Она здесь точно не редкий гость.
-Здравствуй, доченька. А мы тебе видишь кого сегодня привели. Нашу Аду.
Я слышу, что голос матери дрожит. Ева тут же подходит к ней и обнимает.
Григорий меняет высохшие цветы на свежие, наливает воду.
Я не могу объяснить свое состояние. Больше всего мне сейчас хочется лечь и обнять этот уже совсем небольшой холмик. Интересно, почему именно холмик, не надгробие? Ведь это более правильно, на нем фотография Лады. Мозг, заткнись!
Стараюсь не слушать, о чем рассказывает мать - это ведь ее личное. Улыбаюсь краем рта, когда Ева торжественно обещает в следующий раз прийти с фиолетовыми волосами и при этом косится на своего отца.
И все время молчу. И вспоминаю мою девочку.
-Ада, - выводит меня голос Григория из воспоминаний, - мы пойдем. Будем ждать тебя в машине. Не заблудишься?
Машу отрицательно головой.
-Я с Адой останусь и покажу ей дологу, - говорит Ева, но Григорий, сказав, что мне надо побыть с Ладой наедине, уводит ее.
И вот я стою напротив ее фотографии.
А сказать ничего не могу. Ком все еще в горле. Опускаю глаза вниз и вижу розы у себя в руках.
-Вот, - хриплю, -цветы тебе принесла. На тебя похожи, такие же светлые.
Зашибись, монолог. Ну хоть так.
Почему, когда я лежу вечером перед сном, я могу "поговорить" с Ладой? А здесь и сейчас не могу? Я и эти слова то еле выдавила из себя, чтобы хоть что-то сказать. А то пришла, помолчала и ушла.
-Прости, я немного волнуюсь. В следующий раз, думаю, будет проще. Я теперь буду к тебе приходить. Часто.
Постояла еще немного в тишине, глядя на ее фотографию. А потом пошла.
Мне легче. Сегодня я словно скинула с плеч килограмм так тридцать. Это довольно-таки непросто - не знать, где лежит твой родной человек.
Теперь знаю. Теперь буду здесь.
Глава 20. Ада
3 года спустя.
-Але, Лука. Ну что, я жду тебя? Девчонки уже мне не радуются так как раньше, если я приезжаю без тебя. Ты испортил мой авторитет, - бурчу.
-Слушай, Ада. Я прям до сих пор не могу привыкнуть, что я теперь Лука, а не Щуплый.
-Ну какой же ты щуплый? Видел себя в зеркале? Ты ж эта, ходячая гора мышц.
Три года в зале не прошли даром для Луки. Он теперь просто невероятный красавец. Обожаю с ним гулять - смотреть как девчонки вокруг капают на него слюной, но взять не могут, думая, что он занят мной. Ага, занят. Три раза в неделю, когда мы на тренировке. И еще много раз в месяц, когда встречаемся. Но там мы не вдвоем, с ребятами еще.
Тогда, три года назад, когда я переехала к Луке, я прожила у него почти полгода. Нам было так удобно. Квартира у него большая и я вкусно готовлю. Его напрягли только бегающие по дому котятки, но мы их быстро раздали. Двоих забрали по объявлению, одного оставил себе Лука и последнего, моего любимчика, забрал кто-то из знакомых Луки. Я как-то вернулась с работы, а его нет. Я забыла тогда Луке сказать, что решила его оставить себе.