Увы, кнопки нигде не оказалось. Или я ее не нашел.
— Ладно. Сворачиваем трансляцию, — вздохнул я. — Надеюсь, мы друг друга поняли. Пока-пока.
Сама отключится. Надеюсь.
Не обращая больше внимания на девицу, я прошел в кухню и прикрыл за собой дверь. Где тут обещанный пирог?
Уже выходя из родительской квартиры, я снова бросил взгляд на зеркало. Вместо отражения в нем по-прежнему была видна незнакомая комната с пыльной мебелью. Но уже без фифы. Ага, трансляцию она так и не выключила. Ну молодец, что сказать. Впрочем, это уже ее проблемы.
…А вот зайдя к себе домой, я споткнулся и замер как вкопанный. Потому что в моей собственной прихожей никаких зеркал в бронзовых рамах не было никогда. И ключа от моей квартиры ни у кого больше не было — я только на днях менял замок.
И тем не менее, зеркало висело на стене прямо напротив входной двери — в точности такое же, как у родителей. Или то же самое.
В зеркале отражалась все та же фифа. Только декорации сменились — на сей раз это была настоящая «принцессочья» спальня. И фифа, кажется, планировала ложиться спать — во всяком случае, девчонка обнаружилась возле огромной кровати с белым балдахином.
И одета она была в соответствии с декорациями — в ночную рубашку модели «убей желание». Это когда широченный подол до пят, длинные рукава и ткань в какой-то цветочек. Жесть — такое сейчас, наверное, даже старушки не носят.
И волосы распустила — чисто русалочьи, чуть не до пола. Парик, поди.
В этот момент фифа обернулась, на секунду замерла… и завизжала. А потом сдернула покрывало с кровати — и принялась торопливо заматываться в него.
3. Фиеррина
Фифа⁈
Только один человек во всем мире, да что там — в двух мирах! — осмеливался обзывать меня «фифой» и вообще коверкать мое имя! И да, я вспомнила этого мерзавца, хотя мне, между прочим, тогда было года три всего, а ему — лет шесть по меньшей мере! Как он смеет вообще меня не помнить!
А грубо прерывать разговор, пока мое Высочество изволит гневаться⁈ Каково!
Просто… просто немыслимо!
Ну и родственничек Деррену достанется… одна радость — в другом мире. Вряд ли леди Дарья притащит братца с собой. Надеюсь, у нее, по крайней мере, воспитание получше!
Все еще кипя от негодования, я попыталась прервать связь. И… ничего не вышло. Я пробовала снова и снова — безнадежно. В конце концов я просто решила вернуться в свои покои. Как бы меня не хватились.
А зеркало… здесь все равно никто не бывает. И, в конце концов, связь установилась с нужным домом. Когда обнаружится, что связь уже настроена, все решат, что… ну, что-нибудь да решат. Наверное. Может, оно само!
И вообще, когда там о нем еще вспомнят. Что-нибудь придумаю за это время.
Правда, поговорить с леди Дарьей так и не удалось… да и само зеркало изучить. Только как его изучишь, когда в нем в любой момент может появиться этот ужасный человек? Я, между прочим, страшна в гневе. В смысле, могу нечаянно заклятием в зеркало запустить, например… и уничтожить древний артефакт, от которого зависит благополучие страны.
Да чтоб тому негодяю пусто было! Завтра успокоюсь и вечером попробую еще раз. А до того все-таки надо выкрасть монографию мэтра Борема и перечитать с самого начала. Вдруг что-нибудь дельное удастся найти.
А зато, между прочим, я смогла сама, без всякого контроля, правильно выстроить связь! Разве я не умница? Воот. Фирра молодец, Фирра талантливая!
До конца вечера я вела себя как ни в чем не бывало. Мэтр Борем, правда, поглядывал на меня как-то подозрительно, с беспокойством. Но он всегда, чуть что, сразу начинает меня в чем-то подозревать. Даже если я веду себя просто идеально! По-моему, даже особенно, если я веду себя идеально.
Я уже отпустила служанок, помогавших мне переодеться ко сну, когда это случилось. Я откинула покрывало, собираясь забраться в постель, и вдруг то ли услышала, то ли почувствовала какое-то движение за спиной.
Я резко обернулась и на секунду замерла. Потому что на стене моей опочивальни висело Зеркало истинных! И хуже того — в нем отражался все тот же мерзавец! На сей раз в каком-то несуразном одеянии, из-за которого казался куда крупнее, и с тающими снежинками на плечах и волосах, но — без всяких сомнений, он же!
Мысль о том, что мужчина видит меня абсолютно неодетой, оглушила. Кажется, я завизжала. И принялась торопливо заматываться в покрывало.