Ей нравились решительные, уверенные в себе мужчины, обращавшиеся со своей избранницей как с драгоценностью и лелеявшие ее всю оставшуюся жизнь. Однако она не знала, являлся ли таковым Лекс.
«Судя по реакции на него моего тела, он будет щедрым любовником… — от этой мысли ее щеки вспыхнули, но она тут же одернула себя. — Закатай губу, дуреха. Этот парень прилетел на Землю к другой».
Обреченно вздохнув, Майя попыталась сползти с него, но сильные мужские руки спеленали ее подобно стальным канатам.
— Полежи еще, — хриплым со сна голосом попросил Лекс, отчего сердце Майи предательски дрогнуло, а низ живота сладко заныл.
— Это неправильно.
Но, Dios, кто бы знал, как ей хотелось воспользоваться его предложением. Да и веской причины лишать себя такого удовольствия не было.
«К черту совесть! Да и Аманду, к которой он прилетел, тоже к черту! Мое тело жаждет его… сейчас».
— Знаю. Но, похоже, это нужно нам обоим.
Майя хотела спросить, что он имеет в виду, но оказалась перевернутой на спину, с широко раздвинутыми ногами и горой мускулов между ними. И громко ахнула, когда к ее вмиг намокшим трусикам прижалась мощная эрекция, вызвав жар во всем теле.
Его светящиеся глаза — предположительно, признак того, что синекожий красавчик ее хочет, — смотрели на нее не мигая. Майя облизнула вмиг пересохшие губы. Ставший хищным взгляд Лекса проследил за ее язычком, а в следующую секунду он набросился на ее увлажненные губы.
Их губы и языки, как, впрочем, и сбившееся дыхание, сплелись в отчаянном порыве.
О да, им обоим хотелось большего.
Властные пальцы, лишив ее возможности возразить, сорвали с нее футболку, а вслед за этим мужские губы обхватили затвердевший сосок, окончательно лишив ее дара речи и вызвав глухой протяжный стон. Обведя языком ее горошину, Лекс втянул ее в рот и начал жадно посасывать мягкую ареолу, отчего тело Майи накрыло жаркой волной, а между бедер, похоже, скопилась приличная лужица.
Прикосновение его горячих губ к другой груди вызвало дрожь по всему телу, и Майя судорожно вцепилась в его короткие волосы. Сильные пальцы, обхватив ее полные, налитые полушария, сжали их вместе, отчего ее соски оказались рядом, что позволило Лексу щелкать по ним языком, бойко перескакивая с одной горошины на другую.
— Еще, — выдохнула Майя.
Пульсация меж ее бедер норовила, очевидно, обогнать обезумевшее сердцебиение.
Лекс слегка отстранился, и его длинные пальцы, подцепив резинку намокших трусиков, ловко стянули их вниз, позволяя прохладному воздуху щекотать ее влажные половые губы. Когда же их погладил Лекс, Майя задрожала в предвкушении.
Толстый палец, раздвинув набухшие от возбуждения складочки, решительно скользнул внутрь, и мышцы ее влагалища крепко обхватили его. Лекс, глухо застонав, проложил огненную дорожку из поцелуев вниз по ее животу, к темным завиткам в развилке бедер, и Майю захлестнуло безудержной волной наслаждения.
Все мысли — о правильном и неправильном — вмиг растаяли.
И прервать его сейчас показалось большим безумством.
Ее тело буквально горело и плавилось, чего Майя не испытывала ни с одним мужчиной, а страстное желание большего вынудило жалобно заскулить и выгнуться дугой от нетерпения.
Раздвинув ее ноги и согнув их в коленях, Лекс раскрыл ее своему жадному взору. И облизал таким собственническим взглядом, что она, заерзав от смущения, покраснела от макушки до кончиков пальцев.
— Какая ж ты красивая, — прошептал он и поднял на нее глаза, которые, казалось, стали сиять еще ярче.
Майя задрожала под их горячим, с легкой поволокой взглядом, а Лекс, лукаво усмехнувшись, склонился к ее щелочке и игриво лизнул ее. Майя вскрикнула. Его горячий язык закружил на ее клиторе, посылая волны удовольствия по всему телу, которое билось в сладком экстазе, пока Лекс тщательно вылизывал и посасывал ее драгоценную жемчужину.
— Умоляю, — выдохнула она, когда его язык скользнул в ее жаркие глубины. — Позволь мне тоже отведать твой вкус.
Лекс, прервав поклонение ее киске, взглянул, прищурившись, в ее лицо.
— Серьезно?
Майя в ответ просто кивнула.
Парень выглядел удивленным. Но правда в том, что ей хотелось этого до чертиков. Недолго думая он поднялся и улегся на спину, в то время как его налившийся силой член горделиво встал по стойке смирно.