— Не хотите поговорить о вашей контузии и проблемах со здоровьем?
— Нет, конечно. Это…
— …личное, — многозначительно закончила я фразу за него.
[1] Роман «Золотой теленок» авт. Илья Ильф и Евгений Петров.
Глава 4
Мы пободались взглядами. Будь я помоложе и помягче, сдалась бы под напором. Все же мой начальник. Настоящий магистр, хоть и не может сейчас колдовать по здоровью. Ну и вообще, интересный мужчина, который изредка явно флиртует со мной.
— Предлагаю соглашение, — правильно понял он мое выражение лица. — Я рассказываю вам о себе, вы мне о себе. И мы оба молчим об этом при посторонних. Слово мага! Согласны?
— Вам так интересно разузнать обо мне? — покачала я головой.
— Ужасно! — совсем по-мальчишески улыбнулся он. — Вы не представляете — насколько!
— Пойдут сплетни, если мы с вами будем часто беседовать наедине.
— Да, пожалуй. Но я что-нибудь придумаю.
Дальше поговорить мы не смогли. В и так открытую дверь постучал мастер Ханк. Поздоровался в своей предельно лаконичной манере и перевел взгляд на девчушку.
— Софи, — присев на корточки прямо у порога, протянул в ее сторону руки.
Она к нему уже тоже давно привязалась и обрадованно взвизгнула, увидев того, кто с ней гуляет, играет, катает на ручках и подкидывает в воздух.
— Ханк, проходите. Выпьете с нами чаю или кофе? — спросила я.
— Нет, Мари. Я за Софи, — отказался он. — Можно?
Я с улыбкой кивнула, мастер тут же прошел к девочке, подхватил ее на руки. После чего сам, не дожидаясь моих слов, прихватил ее походную сумку, с которой Софи всегда перемещалась в гости или на мою работу. Там запас необходимых вещей: бутылочки с водой и молоком в стазисе, салфетки, слюнявчики, запасные подгузники и сменная одежка. И конечно, погремушка и деревянный грызунок-лошадка. Софи самозабвенно слюнявила и грызла эту штуку, подаренную ей, к слову, самим Ханком.
Из него отличный нянь-дедушка, в отличие от бестолковой, но мамы — меня.
— Маэстрина. Магистр, — кивнул Ханк молчаливо наблюдавшему за ним ректору и ушел с Софи.
— И часто у вас так? — поинтересовался Артур.
— Всегда. Мастер Ханк бесценный человек. Он много мне помогает с Софи. Гуляет с ней каждый день, как вы наверняка видели. Часто играет здесь или забирает в свою комнату. Я бесконечно благодарна ему за это, одной мне было бы намного тяжелее.
— Скоро ваша малышка начнет ходить. Как будете следить за ней? Справляться с лекциями и студентами?
— Придумаю что-нибудь, — пожала я плечами. — Когда ситуация не оставляет выбора, ты просто делаешь что-то, чтобы справиться с проблемами. И все.
— И все… Восхищаюсь вами, маэстрина, — усмехнулся Артур.
Я промолчала. Пусть восхищается. Я ведь реально классная. И не всегда скромная.
Он хотел еще что-то добавить, но тут нам снова помешали. В этот раз кто-то постучал в окно.
Обычно так поступали мои студенты, вход которым в преподавательское общежитие был закрыт. Но я-то ребятам постоянно зачем-то требовалась. Вот и не зарастала народная тропа к моему окошку. Там даже от клумбы уже ничего не осталось, вытоптали всю.
Я подошла, отдернула штору, приоткрыла створку и уставилась на довольные, раскрасневшиеся лица своих вчерашних партнеров по чарльстону.
— Анри, Люсьен, — поздоровалась я.
— Маэстрина, доброе утро. Мы пришли делить добычу, — сияя улыбкой, сообщил Анри.
— О! Отличная новость с утра… — глянула на небо и исправилась, — с обеда. Сколько составила моя доля?
— Вот! — выложил на подоконник три увесистых кошелька Люсьен. Мы все честно поделили на троих.
Я с удовольствием забрала один мешочек, но парни меня удивили.
— Нет, маэстрина. Это все ваша доля. Почти весь Усач же участвовал в пари. Даже малолетки с первого курса.
— Не только малолетки, — невозмутимо заметил подошедший со спины ректор. — Я бы тоже принял участие, если бы знал. Когда дело касается маузель Монкар, никто не в силах устоять, невольно ждешь чего-то эдакого.