— А-а… — промямлил сидящий на другом конце стола глава отдела снабжения.
Кажется, сопутствующий моему гневу выброс силы даже на таком расстоянии до него докатился. А то не припомню что-то, чтоб он прежде так же заикался.
— Альфа, — вмешался сидящий рядом с почти что уволенным. — Мы уже ищем.
О, да!
Всем сразу должно полегчать от этого?!
— И как успехи? — отозвался я деланно спокойно.
Зря всё-таки наорал на бедолаг. Им и так в последнее время не сладко.
— Никак, — донеслось едва уловимое сбоку, от другого оборотня, за что тот тут же поймал на себе осуждающий взгляд пытавшегося смягчить ситуацию.
— Какое дивное открытие, — вздохнул я, поморщившись.
Нет, это надо же родиться таким недоразумением, чтобы потерять три десятка контейнеров с грузом, стоимостью в несколько миллионов!!!
Моих миллионов…
— Сколько времени прошло? — задал новый вопрос, окидывая внимательным взором всех находящихся в кабинете.
Те сразу как-то подозрительно сжались. Все до одного.
А значит, дела действительно плохи.
— Сколько? — вновь прорычал, сжимая кулаки.
Ещё чуть-чуть, и вместо рабочего стола, терпеть силу моего удара будут кои-чьи бестолковые мордашки. И вряд ли я буду также сдержан.
— Одиннадцать, — промямлил глава отдела снабжения.
И только я собирался выдохнуть, думая о том, что ещё возможно вернуть ценную пропажу, раз уж и суток не прошло, но…
— Дней, — добавил оборотень совсем уж жалким шёпотом.
Приобретённый моим бывшим референтом стол всё же испортился. Вообще, я бы удивился, останься он целым, после того, как полетел аккурат в направлении, где всё ещё бесполезно расходовал кислород оборотень.
Одиннадцать, мать его, дней!
И никто не удосужился сообщить мне раньше. Да и сегодня бы, скорее всего, тоже не признались, если бы не подошёл срок доставки, о котором я и поинтересовался самолично, прежде чем отправиться к новой буровой установке.
— А да, ты уволен, — бросил сухо, пока проходил мимо украшенного битым стеклом оборотня, стараясь не думать о том, насколько же сильно раздражает витающий в воздухе привкус чужой крови.
Хотелось кого-нибудь придушить. А ещё лучше — разорвать на клочья. Желательно тех, кого оставил. Собственно, именно по этой причине я и убрался из собственного кабинета. От греха подальше, так сказать.
Оказавшись в коридоре наткнулся на обеспокоенный взгляд Микаэлы, которая просканировала меня с головы до ног и обратно.
— Чай, кофе или что-нибудь покрепче? — предложила деловито. — Крови не предлагаю, вы её и так уже, чувствую, пролили в достаточном количестве, — перевела внимание мне за спину, где стояла излишне подозрительная тишина.
Все явно боялись даже пошевелиться, трусливо дожидаясь моего ухода.
— Что-нибудь покрепче, — согласился с ней.
А вроде собирался на улицу идти.
— Хм… — задумчиво постучала пальцами по столу, а после вдруг скрылась под ним, но уже через мгновение выпрямилась обратно и поставила передо мной несколько бумажных пакетов. — Выбирайте! — выдала радостно. — И знаете, я вот теперь начинаю думать, что это был не подкуп, а успокоительное для меня, — фыркнула весело. — Знали бы они, насколько мне привычны подобные выходки среди родни, лучше бы себе, наверное, тогда оставили.