Я ни за что на свете не стала бы с ним разговаривать, если бы не было необходимости.
— Да? — ответил Болт. Я слышала музыку на заднем плане, громкую музыку.
— Здравствуйте, мистер Харрисон.
— Есть ли смысл напоминать, что тебе стоит называть меня Болтом?
Я бы улыбнулась, если бы не была так напряжена — мы танцевали этот танец с самого нашего знакомства. Никто из членов клуба не понимал, почему я настаиваю на такой формальности, но у меня были на то свои причины. Лишь то, что клуб хорошо мне платил, не было достаточной причиной подлизываться к ним. Мне нравились мои границы.
— На самом деле — нет, — ответила я, и мой голос выдавал мое беспокойство.
— Что случилось? — спросил он, уловив мой обеспокоенный тон. В этом был весь Болт — он видел и слышал все, хотели вы того или нет.
— У меня личные проблемы, и я надеялась, что вы сможете мне помочь.
Тишина.
Наверное, я его ошарашила. Потому что никогда раньше я не приходила просить о помощи. На самом деле, я редко видела его. Первые несколько месяцев он наблюдал за нами, как ястреб, но в последнее время мы начали сливаться с фоном. Никто не обращал внимания на уборщиц, что мне всегда казалось интересным. Вы не поверите ни тому, что я видела, ни тем секретам, которые хранила.
Конечно, вероятно, именно поэтому я и находила Риза таким ужасающим — полгода работы, а я все еще не исчезла.
— Вы, наверное, не знаете, но у меня на попечении находится моя племянница, — произнесла я, наклонившись вперед. — Одна из ее подруг сейчас рассказала мне, что сегодня вечером она была на вечеринке в вашем клубе. Я беспокоюсь за нее — она отличный ребенок, но не всегда принимает верные решения. Есть ли шанс на то, что Вы поможете мне найти ее?
Снова наступило молчание, и я съежилась. Я оскорбила его, поняла я. Намекнув на то, что происходило на вечеринках в его клубе, все об этом знали, но никто не горел желанием говорить об этом или признаваться. Что они небезопасны для молоденьких девушек. Что клубу нельзя доверять.
— Она уже взрослая?
— Ей восемнадцать, но она всего две недели назад закончила школу и еще слишком молода для своего возраста.
Болт фыркнул.
— Мне очень неприятно говорить тебе об этом, милая, но она уже достаточно взрослая, чтобы самой решать, где ей веселиться.
Теперь настала моя очередь замолчать. Мне было что сказать — возможно, она и достаточно взрослая, чтобы веселиться, но недостаточно взрослая, чтобы выпивать. Что у них могли быть большие неприятности, так как они снабжали ее выпивкой. Конечно, насколько я знала, копы были там и развлекались вместе с ними… Но я держала рот на замке, потому что давным-давно выучила, если соблюдать очень долго тишину с кем-бы то ни было, то в конце концов они ее сами заполнят.
— Ладно, — наконец, произнес он. — Я понимаю к чему ты клонишь. Но сегодня вечером я не там, но есть Пик.
Чтоб его.
Пик было сокращением от Пикник, и это было прозвищем Риза. Я понятия не имела, почему его так называли, но, уж будьте уверены, я не спрашивала. Этот человек был последним, по кому можно было сказать, что он любит выбираться на пикники.
— Сходи в Оружейную и спроси его. Скажи ему, что я послал тебя, скажи, что это личная просьба. Может быть, он найдет ее для тебя, а, может, и нет. Как я уже сказал, девочка взрослая. Ты знаешь, как туда добраться?