Но я на половину фаргонианин, а у этого народа всё крепкое, начиная с плотности костной и мышечной ткани, заканчивая невероятной живучестью в целом. А уж какая у них регенерация…
Но самое главное, за что я не переставал благодарить свою мутацию, так это мои глаза. В них смешались особенности альвианской расы (умение чувствовать пси-энергию, причём в основном ушами, но и глазами тоже) и фаргонианской (особая устойчивость к любым воздействиям). Правда, с ушами мне не повезло, ими я пошёл в мать, зато глаза – те имели уникальные свойства! Я не просто ясно видел эти пси-волны и анализировал их, но и делал это сколь угодно долго. Улавливал такие нюансы, которые не подвластны даже альвианам, например, при должном сосредоточении можно копнуть о-очень глубоко внутрь какого-либо индивидуума.
Жаль, что сейчас эта возможность для меня временно недоступна.
Я, конечно, вижу пси-волны, но не так чётко и быстро устаю. Несмотря на то, что уши у меня не имеют той заостренной фрормы, как у отца и его народа, но тоже кое-что улавливают, правда, звуки всё же лучше. И спектр звуков этот весьма широк.
Вот и сейчас я слышу то, что не слышат присутствующие в зале – это странный, шуршаще-влажный звук, который идёт со стороны стены. И он меня напрягает, если честно, потому что нечто подобное издают стрексы – паразиты с Церлады, которых если вовремя не уничтожить, могут заполонить весь космос, ибо размножаются буквально со скоростью света. В плане климата они неприхотливы, едят всё подряд, в том числе разумных, если те больны или ранены. То есть не могут за себя постоять.
В общем, жуткие твари, которым не место ни в клинике, ни тем более в таверне.
— Ваш заказ, — вновь отвлекла меня от дела официантка.
Правда, почему-то резко замолкла, разве что издала какой-то странный сдавленный звук, который, если бы не особо чувствительные уши, то я бы и не услышал. А потом и вовсе начало происходить что-то непонятное: на столик опустился поднос, но не с той стороны, где находилась девушка. Более того, оттуда ещё и легкое гудение раздалось, ясно говорившее, что это робот.
Присмотревшись, понял, что да, по всем термическим показателям это он самый.
— Ста… — Девушка запнулась, а потом поправилась, — Ар-369, где ты взял улитку?
Улитку? Здесь водятся улитки? Хм…
— Ахатана гигантская ползла в не положенном месте, — принялся докладывать робот. — Ранее была получена команда собирать их и доставлять в зоологический отсек. Ар-369 действовал согласно этой команде.
Так то была улитка, а не стрекс? О, космос, что тут у них происходит? Раз была получена команда их собрать, значит, те разбежались. И, видимо, потому и шли панические эманации от персонала, которые я почувствовал даже сквозь стены. Я-то думал, тут что-то серьёзное происходит, а у них форс-мажор… улиточный. Даже смешно немного.
— Понятно. — Старательно сдерживая эмоции, ответила роботу девушка. — А зачем ты её на поднос положил, а не доставил, куда требуется?
— Потому что приоритетной задачей стоит обслуживание посетителя. — От механического ответа жестянки я чуть не рассмеялся, но вовремя удержал лицо.
Да, порой такую технику хочется стукнуть чем-нибудь тяжёлым. Монтировкой, например.
— Уточни, от какого столика тебе поступил заказ на швапс, — продолжила допрос техники официантка.
Нет, всё-таки странное у неё пси-излучение, слишком спокойное. Не соответствует прорывающимся сквозь ровный тон интонациям, не говоря уже о звуке, который она издала, когда увидела около меня робота с левым заказом.
Пока девушка выясняла, что произошла банальная путаница с номерами столов, я всё больше понимал, что с ней далеко не всё в порядке. Допустим, тот факт, что у них был форс-мажор с улитками, объясняет, откуда у неё термические показатели активных занятий спортом. Это понятно. Но что с её эмоциональным фоном – вот где загвоздка! И вообще, запах у неё пусть и характерный для регонианцев – немного сладковатый, но какой-то химический.