И мне стоило титанических усилий остановиться, как я обещал, на поцелуе. Да, ради дела, я зашёл чуть дальше, но это пустяки по сравнению с тем, что я мог сделать. Хотел сделать. До одури хотел.
Дьявол.
Я никак не могу понять, чем она меня так зацепила. Кроме всего прочего. Я могу получить секс в любую секунду, стоит лишь поманить пальцем. Это никогда не было проблемой. Но с тех пор, как я задался целью отомстить, у меня не стоит ни на кого, кроме этой ведьмочки.
А после проклятых пасты и сладкого десерта так подавно.
— Если вздумал поиметь официантку, сын, — насмешливо замечает отец, возвращая мои мысли в пространство банкетного зала, — то дождись завершения приёма, пожалуйста.
Я усмехаюсь и отвожу взгляд от случайной попки, обтянутой в форменную юбку. Качаю головой и обращаю внимание на то, что за столом осталась лишь наша «семья». Именно поэтому отец позволил себе подобное замечание. Наедине с нами беспокоиться о драгоценной репутации не обязательно.
Мать, разумеется, слышит реплику отца и с жадным любопытством всматривается в случайную девушку.
Я чешу бровь и мечтаю поскорее убраться отсюда. В принципе не терплю эти пафосные приёмы, устраиваемые рекламным агентством отца для важных клиентов. Ещё сильнее не люблю подолгу находиться в обществе своей матери. Как, впрочем, и отца.
Но условия, есть условия. Как те, что запрещают мне по случайности или нет вылететь из университетской команды по бейсболу. Как и плохо в него играть.
— Тай, мальчик мой, это же твоя знакомая, верно? — воодушевлённо щебечет мать через мгновение. — Ещё со школы, да? Ты её узнал, вот и смотрел, правильно?
Я озадачиваюсь, а когда присматриваюсь и узнаю девчонку, напрягаюсь. Бросаю взгляд на отца. Но поздно. Он тоже её узнаёт, и его лицо на глазах багровеет от злости.
— Тиана, замолкни немедленно, — приказывает он матери и поднимается из-за стола. Смотрит на меня свысока секунду и тоже приказывает: — Не вздумай с ней общаться, понял?
Я безразлично киваю, и отец куда-то стремительно уходит, прошипев перед этим:
— Уволю к чёртовой матери идиота, который её нанял.
Мысли о ведьме, наконец, оставляют меня.
Вместо этого, сменяя друг друга, как картинки в проклятом калейдоскопе, всплывают более мрачные и ненавистные воспоминания.
Громкий смех; алкоголь; руки, обвивающие мою шею; запредельная скорость; страстные поцелуи; душераздирающий крик, визг шин по асфальту, ощутимый удар и тело, перелетевшее через крышу.
Я сжимаю зубы и сверлю взглядом висок девчонки.
Она знала, что будет обслуживать гостей моего отца? Намеренно устроилась официанткой в ту самую службу персонала, которая сотрудничает с рекламной фирмой «Гилл- Корпорейшен»? Или же это всё случайность?
Фиона, наконец, чувствует мой взгляд и безошибочно смотрит в мою сторону. На полных с ярко-красной помадой губах появляется и исчезает игривая улыбка. Она прижимает вычурный металлический поднос к пышной груди и едва заметно ведёт подбородком в сторону туалетов. Хвост иссиня-черных волос взлетает при развороте и мягко бьёт хозяйку по спине, обтянутой белоснежной рубашкой.
Никаких случайностей.
Я поднимаюсь на ноги, но рукав пиджака обхватывают цепкие пальцы матери. Она обеспокоенно-рассерженно смотрит на меня снизу и шипит:
— Тай, ты всерьёз решил ослушаться отца? С ума сошёл?!
— Не помню, чтобы он запрещал ходить по нужде, — одёргиваю я руку. — И потом, придавать доверие отца — у меня в крови. Разве нет, мама?
Мой намёк бьёт прямо в цель, мать слегка бледнеет и прожигает меня убийственным взглядом. Я усмехаюсь и иду вон от стола.
В проходе за туалетами имеется небольшой коридорчик, я ловлю глазами игривую улыбку, обрамлённую алыми губами, лёгкий взмах чёрных волос, и направляюсь к служебной лестнице за углом.
На улице светло, немного душно и пустынно.
Фиона Лец, моя бывшая одноклассница, стоит на железном пролёте ниже. Её локти покоятся на поручне, худые ноги скрещены между собой, грудь выдаётся вперёд, мелкие пуговки на рубашке грозят вот-вот вырваться из петель. Взгляд тёмных глаз насмешливо-искушающий.
За прошедшие пару лет, что мы не виделись, девчонка заметно похудела.
Но свою порочную сексуальность не растеряла.
Я чешу бровь и спускаюсь по ступеням. Останавливаюсь в метре от девчонки и, отвернувшись в сторону, сухо интересуюсь:
— Что тебе нужно, Фиона?