— Я тебе сочувствую, — нежно сказала она, встала и положила руки ему на плечи.
Джеральд посадил её к себе на колени. Они молча смотрели друг другу в глаза, и Эби запустила пальцы в его волосы на висках. Он впервые за все эти годы почувствовал искреннее сожаление и сочувствие. Обычно это были просто вежливые и дежурные слова, которые, кроме пустых звуков, ничего не значили и не давали душевной поддержки. Эби легко коснулась губами его щеки и Джер завладел ими.
В его кармане неожиданно зажужжал телефон, но он не хотел прерывать поцелуй и этот момент сближения. Ещё крепче сжал Эби руками, но телефон снова зажужжал.
— Может, это что-то важное по работе, — отстранилась Эбигейл и улыбнулась.
Джеральд с сожалением отпустил её и достал телефон. Собрав посуду со стола, Эби загрузила посудомоечную машину, а он стал читать сообщения.
— У тебя есть дела сегодня?
— Да, как только что выяснилось, есть.
— Я еду в особняк и подброшу тебя куда скажешь. Или можешь взять мой байк, если очень срочно нужно ехать.
— Домой подбросишь? — улыбнулся он. — Ведь я совсем с пустыми руками после вчерашнего приёма. Я так не могу идти по своим делам.
— Поняла. Тогда выдвигаемся.
Через тридцать минут она припарковалась у крыльца с номером «222» и с улыбкой повернулась к Джеральду:
— По воскресеньям ты тоже работаешь?
— Если возникает срочность, то работаю. Могу сорваться в другой город в любой момент. Я говорил, у меня сложный график.
— Понятно, детектив Райс. Целуйте свою Кошечку на прощание, потому что пора возвращаться Тигрице, чтобы на тренировке надрать задницу мастеру, — рассмеялась Эбигейл.
Джеральд отстегнул ремень и, притянув её за затылок, поцеловал в губы. Со вздохом он отпустил её и вышел из машины. Эбигейл не уезжала, открыла окно и смотрела, как он открывает дверь.
— Джер! — он обернулся на её голос.
Эби надела солнечные очки и послала ему воздушный поцелуй. Он в ответ улыбнулся и довольный, словно сытый кот, зашёл в свой таун-хаус.
На тренировке сегодня она была сосредоточена как никогда. Ей удавалось сохранять хладнокровие при самых неожиданных атаках мастера. Они сегодня боролись в рукопашную без применения орудий, поэтому на руках у соперников были надеты шингерты[12], чтобы смягчать удары. Они старались максимально отработать болевые приёмы и удушающие захваты.
По окончании тренировки Эби поднялась в свою комнату, чтобы принять душ. На тумбочке затрезвонил телефон.
— Привет, Генри!
— Привет, Эби! Ты сейчас занята?
— Прямо сейчас? Стою в спальне совсем без одежды и собираюсь принять душ, — не удержалась она, чтобы не подразнить его.
Она немного злилась на него за то, что он вчера пытался зацепить Джеральда, напоминая ему о семейной трагедии. Услышав шумный вдох и выдох в трубке, она спросила:
— Что ты хотел, Генри?
— Нам нужно поговорить.
— Что-то срочное? Давай сейчас, потом я уезжаю в поместье.