– Нет, – буркнул Лиам, – меня мама научит. Она обещала показать мне Плеть Рейна. Я… Я, может, и стал маленьким и глупым, но я тоже помню, как огонь… Как все это было!
– А я помню, как ты Кнопу собой закрыл, – тихо сказал Морис. – И стал ты не глупым, а злым. Это, знаешь ли, разное.
Я не торопилась вмешиваться. Лиам сильно обидел Альбирею, да и Морис тоже из-за сестры расстроился. Нельзя это держать в себе.
Но уже через мгновение до меня дошел смысл слов Лиама. В смысле Райсара будет учить его кастовать Плеть Рейна?!
Сказать, что я удивилась, – ничего сказать. Вот так, с ходу, мне трудно назвать настолько превосходную степень слова "удивительно", которая бы точно отобразила всю ту бурю чувств, что бушевала в моей груди.
– Плеть Рейна – это боевое заклятье, – кашлянув, произнесла я. – Оно втягивает в себя все окрестное пламя, да. Но... Куда ты потом эту пылающую плеть денешь?
– Мама расскажет, – упрямо произнес Лиам. – Она умная и образованная, у нее есть диплом. Она все знает!
Вот только… Вот только говорил малыш без прежнего пыла. Он как будто убеждал сам себя. Как будто все понял душой и сердцем, но разумом цеплялся за обман. Ведь если встать лицом к лицу с правдой… Это причинит боль.
– Нам очень нужно то трехступенчатое заклятье, – выразительно произнесла Альбирея, – и срочно.
– Да, – мрачно кивнула я. – Лиам, я прошу тебя пойти в библиотеку и посмотреть, сколько сил берет Плеть Рейна. А потом проверить, каков твой запас сил. Я, к сожалению, этого тебе подсказать не могу: не моя специализация.
На самом деле я могла. Больше того, я хотела ему объяснить, что Плеть Рейна уничтожит его как колдуна, что все его нежные детские каналы силы будут разорваны и такая травма не пройдет никогда. Но… Он ведь не станет меня слушать, больше того, решит, что я вру. А если сам… Тогда есть шанс, что прислушается.
«Ну и с Райсарой надо серьезно поговорить».
Чаепитие по итогу не задалось. Лиам больше не проронил ни слова, молча выпил чай, так же молча встал и ушел, не прощаясь.
– Ему плохо, – с болью произнес Морис, – он начал сомневаться в Райсаре. Я это ясно понял.
– Ты права, – Аль посмотрела на меня прозрачными от слез глазами, – мы не можем от него требовать взрослых решений. Думаю, сегодня вечером я приму его извинения.
– Вот и хорошо. Но не иди поперек себя: он все равно узнает, и от этого будет только хуже.
Мы разошлись по своим делам. Вторая половина дня у детей свободна, и я из окна наблюдала, как они играют со своими теневыми бабочками: перекинувшись в лисят, они, потешно потявкивая, ловили теневиков. А те, подыгрывая детям, то и дело позволяли себя поймать.
– Леди хозяйка, – заныл Милки, сидевший у меня на плече, – я бы... Мне бы присмотреть за безобразием! А то ж... Они ж... А я?!
– Иди, но не забудь, что через полтора часа ужин.
Сама я отправилась выбирать платье. Отъезд все ближе, пора вспоминать правила и негласные традиции. Так, для завтрака и обеда платье может быть одним и тем же, а вот драгоценности – нет. Ужин же считается самым важным приемом пищи, а потому дамский туалет должен быть особенно изыскан и, главное, не должен сочетать в себе ничего из того, что леди носила до ужина.
"Спасибо, что бельишко не проверяют", – хмыкнула я про себя.
Вживаться в старую шкуру было трудно. И не только из-за этих кошмарных лет на привязи: мне стало тесно в этом всём уже на третьем курсе Академии. Все эти мелочи из разряда: "У графини Н-ской изумруд в два раза крупнее, чем у супруги герцога! Немыслимо!" – перестали развлекать и начали злить. Какое мне дело, какого оттенка жемчуг у девицы Балье, если моя последняя жемчужная нитка пала жертвой алхимического эксперимента?! Вот если бы с Балье можно было снять жемчуг и вновь попытаться его копировать при помощи состава Рузе-Касси, вот тогда да, это было бы интересно!
Тем не менее я старательно и придирчиво пересмотрела существенно увеличившийся гардероб. Для ужина было выбрано серебряное платье с тонкой зеленой вышивкой. А драгоценности... Что ж, мне предстоит ужасно неловкий разговор с Кайром. Надеюсь, он не сочтет меня существом уровня Райсары?
«Кайр, милорд, дело в том, что мне жизненно необходимо несколько комплектов, лучше десять, драгоценностей. Они должны быть взаимодополняемы, чтобы каждый раз выходить в новом образе». Какой кошмар!
Шмяк!
В стекло ударился Милки. А после, вспомнив, что он иллюзорно-бесплотная тень, малыш просочился ко мне и пафосно произнес:
– Магистр теней у дверей гостиной. Испрошает позволения войти!
– А? Х-хорошо, – я начала заикаться, – сейчас я…
Вот только дослушивать теневик не стал:
– Принято! И передано.
А я стою в чулках и белье, с платьем в руках и... Делать-то что?!