— Тогда, что ты делаешь?
— Обнимаю красивую девушку и хочу её поцеловать.
От этих слов моё тело превращается в желе, мозг соответственно тоже. Сглотнув, откидываю голову назад и с вызовом смотрю на своего оппонента.
— Ну так целуй — заявляю охрипшим от волнения голосом и и в глазах Димы загорается животный блеск. Наклонившись и без каких-либо нежностей он впивается в мой рот — жестко и напористо. На время все переживания, что копились внутри сменяет рой порхающих бабочек. Его руки уверенно мнут мою задницу, а мои гладят его спину через ткань белой футболки. Он словно оголодавший зверь терзает мои губы и мой язык и это безумно заводит. Пальцы на ногах поджимаются, коленки подгибаются, а внизу живота становится горячо.
Вау, просто… Боже
Беру свои слова обратно. То, что было с Измайловым — обычная детская шалость по сравнению со взрослыми игрищами Димы. Это феерия, экстаз, наслаждение, желание получить как можно больше. Ммм, кайф.
Поцелуй резко прерывается и меня начинает покачивать из стороны в сторону как неваляшку.
Кажется, я получила микроинфаркт.
Хочу обнять Диму, но он не позволяет. Отстраняется и направляется в сторону мусорного бака рядом с ярко-выкрашенной лавочкой. Почувствовав внезапный холодок по телу украдкой слежу за каждым его движением. Вот он вынимает из кармана сигареты, кладет одну в рот и убирает обратно пачку. Чиркает зажигалкой и выпускает в воздух клубок серого дыма. Расслабленный и беззаботный.
Ощущаю себя по меньшей мере глупо и немного неудовлетворенно. Мы вроде как поцеловались, а он не то, что молчит, даже не смотрит в мою сторону. Достал телефон и с кем-то активно переписывается. Я должна паниковать? Ему не понравилось?
Так, стоп! Нужно перестать загоняться, это же Дима. Он всегда сам себе на уме. Всё нормально, все просто офигенно!
Вроде как успокаивает.
Чтобы хоть как-то заполонить временное одиночество, лезу в карман своей замшевой черной сумочки на тонкой цепочке и вытаскиваю телефон.
Разблокировав, хмурюсь.
Три сообщения от Измайлова.
Я не планировала контачить сегодня с этим предателем, но он как-никак мой начальник и это может быть по работе.
Проведя пальцем по экрану вчитываюсь в слова:
Измайлов, 19:30:
Ты словно вихрь, буря, ураган
Я от тебя дурею, словно пьян
Нет дня чтоб я не вспоминал
Как сделал больно и пропал.
Томится туча у меня в груди
Прошу, Самойлова — прости.»
Измайлов, 20:00: «Прости меня Лер, мне сложно подобрать слова чтобы выразить всё, что я чувствую, поэтому решил написать стихотворение. Вышло коряво, но и я не поэт. Мой поступок пять лет назад был слишком импульсивным и на тот момент это казалось лучшим решением. Давай встретимся и поговорим. Возможно ты сможешь меня понять»
Измайлов, 20:05: «Я очень скучаю по тебе, кнопка.»
Последнее сообщение добивает и без того зудящее нутро. Дрожащими пальцами блокирую мобильный и убираю обратно в сумку.
Мысли путаются, сердце с болью щемит в груди.
С силой закусываю губы и жмурюсь.
Раз, два, три…. Десять.