Привычными движениями перемешав пластинки, чиновник по особым поручениям убрал их в футляр.
"Не повезло, — чуть позже подумал он, разглядывая карты. — Семь очков, и все разные".
— Добавим ещё по десять муни? — предложил молодой дворянин с гладко выбритым лицом, пододвигая к себе выигрыш.
— Почему нет? — усмехнулся обладатель зелёной шляпы.
Привлечённые высокими ставками, вокруг начали собираться зрители. Появились гетеры и слуги с подносами, на которых красовались чашечки, фарфоровые чайники с вином и лёгкая закуска.
Осушив чарку и закусив ядрёным, маринованным огурчиком, при приготовлении которого безвестный кулинар, кажется, слегка переборщил с корицей, Рокеро Нобуро посмотрел карты. Двойка и шестёрка Людей. Восемь очков одинаковый масти. Он уже с трудом сдерживал торжествующую улыбку, когда игрок с чисто выбритым лицом выложил на стол четвёрку и пятёрку Рыб.
— Я тоже на сегодня закончил, господа, — поднимаясь, заявил обладатель модной зелёной шляпы.
— Позволите к вам присоединиться, господа? — знакомый, хрипловатый голос легко перекрыл вспыхнувший с новой силой гомон.
У младшего брата губернатора неприятно ёкнуло сердце, когда к столу шагнул стройный молодой человек со щегольской полоской усов над верхней губой.
— Господин барон! — вскричал только что выигравший дворянин. — Присаживайтесь! Думаю, вряд ли кто-то будет возражать?
Он вопросительно оглядел игроков.
— Для меня это честь, господин Хваро, — склонил голову пожилой бородач.
Рокеро Нобуро на миг замялся, не желая даже видеть этого смазливого красавчика. Однако, отказ может быть воспринят, как оскорбление. К тому же вдруг хлыщ проиграет? При этой мысли лицо молодого человека озарилось любезной улыбкой.
— Прошу вас, господин Хваро.
— Благодарю, господа, — устроившись на табурете, барон извлёк из кошелька серебряный слиток.
По толпе зрителей прошелестели возбуждённые шепотки.
— Готовы поддержать ставку, господа? — небрежно поинтересовался землевладелец.
Игроки переглянулись. Один такой слиток, называемый еун, по цене равнялся сотне серебряных монет.
Поэтому неудивительно, что двое других игроков, обычных уездных дворян, растерянно посмотрели друг на друга, а потом взгляд того, что с выбритым лицом, устремился наверх к поддерживавшим крышу стропилам. Видимо, он подсчитывал: хватит ли у него денег на такую ставку?
Криво усмехнувшись, младший брат губернатора без лишних слов высыпал на стол содержимое своего кошелька, где как раз оставалось чуть больше ста муни.
Обладатель седой бородки добавил к своим деньгам широкое кольцо из нефрита, а его приятель также выложил все деньги из кошелька и стал тщательно перемешивать карты.
Рокеро Нобуро постарался отрешиться от всего окружающего, максимально сосредоточившись на кончиках своих пальцев, осторожно, даже ласково касавшихся торчавших из футляра тонких, бамбуковых планок.
Вытащив пару приглянувшихся, он аккуратно положил их на стол, искоса наблюдая за игроками. Те явно нервничали, хотя и старались сохранить беспристрастное выражение лиц.
Только Хваро, казалось, пребывал в безмятежном спокойствии и даже вроде бы снисходительно улыбался самыми кончиками чуть пухловатых, чётко очерченных губ.
"Вот поэтому тебя приличные люди и чураются, — раздражённо подумал младший брат губернатора. — Привык со своим столичным гонором серебром разбрасываться. А в этой дыре сотня муни — целое состояние".
Не желая отказываться от укоренившейся привычки, он быстро поднял карты. Сверху лежала пятёрка Птиц, а под ней такая же четвёрка. Девять очков и все одной масти!
Обладатель аккуратной седой бородки, скривившись, словно от зубной боли, швырнул пластинки на стол. Шестерка Рыб и пятёрка Зверей. Одиннадцать очков, явный перебор.
У барона тоже оказалось девять очков одной масти. Теперь придётся играть ещё один кон, если, конечно…
— Генерал, господа! — счастливо засмеялся молодой дворянин с гладко выбритым лицом. — Генерал, господа! Я выиграл!