Я поработаю над этим.
Я вытаскиваю из своей задницы еще одну порцию джентльменства, подбираю ее одежду и передаю ее.
— Держи.
Она накидывает платье на влажное тело. Очень облегающее. Я на несколько секунд прекращаю вытряхивать песок из штанов и смотрю. Она просто сверкает.
— Поторопись, — она обнимает себя руками.
Я практически слышу, как ее зубы стучат, пока она убирает бюстгальтер в карман платья и берет бутылку вина.
Я ищу свои чертовы боксеры, когда песок снова прилипает к моей коже. Я понимаю, что до возвращения домой невозможно будет избавиться от каждой его крупинки.
Я оборачиваюсь к Кили и вижу, что она смеется.
— Ты бросила в меня песком?
В ее глазах пляшут искорки веселья.
— Упс. Рука, должно быть, соскользнула. Виновата.
— Из тебя хреновая лгунья.
Это смешит ее еще больше.
Я поднимаю бровь.
— Не переживай. Я отомщу.
— Ох, большой мальчик произносит громкие слова.
— Нет. Большой мальчик дает большие обещания.
Я перебираю всю свою одежду, пока, наконец, не нахожу белье. Я сделал все, что мог, чтобы очистить его от песка перед тем, как надеть.
— С нетерпением жду этого, — она насмехается.
Я заканчиваю одеваться, и мы возвращаемся к моему корпусу. Она бросает бутылку вина в ближайший мусорный бак, и я хватаю ее за руку. Это происходит автоматически. По ее собственному признанию, я ей нравлюсь, и она, кажется, не возражает, что я из тех парней, которые ставят бизнес на первое место. Может быть, завтра это сработает в мою пользу.
Когда мы подходим к дому, я отправляю ее в гостевой номер, где к отдельной спальне примыкает собственная ванная. Спустя мгновение включается вода, и после некоторого шороха я слышу благодарный вздох. Я бы предпочел принять душ вместе с ней, но у меня столько песка прилипло к телу, что я не уверен, что смогу очиститься, не запачкав ее снова. Хорошо, это не единственная проблема. У меня в ванной кончились презервативы.
Мы же уже видели друг друга в душе и спальне, верно? Да-а. Я улыбаюсь и расслабляюсь под водой.
Когда я выхожу, у меня звонит телефон. Я смотрю на часы. 23:52. Это либо срочное дело, либо международный покупатель — в любом случае, стоит ответить.
— Максон Рид, — я оборачиваю полотенце вокруг бедер.
Спустя 20 минут я кладу трубку, закончив разговор с клиентом из Лондона, который постоянно забывает про разницу во времени, и оставляю Бритте короткое сообщение с планом действий на завтра. Не скажу, почему, но я знаю, что разговор с Кили о «Проекте Гриф» вряд ли будет делом пяти минут.
Я замираю, не слыша посторонних звуков в квартире. Мне кажется, ее молчание не сулит мне ничего хорошего. Я хмурюсь. Она вышла на террасу? Или, черт возьми, ушла совсем?
Я надеваю шорты и футболку, выхожу в гостиную и останавливаюсь при виде Кили, спящей на моем диване. Ее влажные волосы раскинуты по подушке, на лице никакого макияжа. Без теней, блеска и этой вампирской помады она выглядит молодо. И действительно мило. Я встречался с женщинами, цинизм которых не пропадал с лица даже во время сна. Кили же полностью спокойна, руки сложены под щекой, все мышцы расслаблены.
Смогу ли я когда-нибудь настолько понизить уровень своей бдительности и просто расслабиться?
Я изучаю ее еще несколько мгновений. Мне стоит разбудить ее или отнести в кровать? Второй вариант с большей вероятностью приведет к сексу. Я не хочу упускать эту возможность, особенно зная, что она, возможно, вообще прекратит разговаривать со мной завтра.
— Кили? — я трогаю ее плечо.
Не открывая глаза, она нерешительно бьет меня по руке.
— Отстань.
Я едва ли различаю ее бормотание.