Он сообщил ей плохие новости — чёрт возьми, худшие новости, которые она когда-либо получала, хуже всех, которые она когда-либо ожидала получить.
Кроме того, он не дал ей возможности что-либо сделать с этим.
Он не позволил ей совершить правосудие.
Он не дал ей ни черта, чтобы действовать.
Он разрушил её мир.
Теперь он ожидал от неё спокойствия?
Он ожидал бездействия?
Он ожидал тихой планировочной сессии с вином и закусками? Мозгового штурма исключительно на благо ему и Древним?
Он ожидал, что она… что? Будет сидеть в своём клубе и ждать, когда высшие существа скажут ей, что делать? Как и всем им, ему хватало наглости делать вид, будто её желание лично проверить портал было абсолютно неразумным. Он делал вид, что она слишком остро реагирует, раз хочет прийти сюда, и это после всего, что он ей только что рассказал.
Они могли катиться в ад. Все они.
Буквально в данном случае.
Не дай бог, она попытается сделать свою работу.
Не дай бог, она попытается выяснить, что могло убить её собратьев.
Она фыркнула, не скрывая своей злости.
Пусть этот высокомерный Странник интерпретирует её эмоции, её гнев так, как его душе угодно.
— Почему ты вообще ещё здесь? — следом спросила она.
Подумав, она добавила:
— Всё не может быть только ради желания использовать мои рассуждения для какого-то мира после-Светоносных, который ты и Древние хотели бы создать… предположительно с моей помощью. Боги знают, что для этого тебе не нужно находиться здесь. Когда Древние чего-то хотят, они не стесняются просить об этом. Им также не нужно лично снисходить до материального мира, чтобы получить то, что они желают.
Она не останавливалась и продолжала идти сквозь сухую траву и карликовые дубы, делая это бесшумно скорее по привычке, чем намеренно.
По правде говоря, если бы она задумалась об этом, то топала бы вверх по холму так громко, как только могла бы, матерясь и врезаясь в ветки деревьев, пробираясь сквозь высокую траву, производя при этом как можно больше шума.
Вместо этого она двигалась так, словно выслеживала добычу.
Обойдя ещё одно скопление дубов и перечных деревьев, она немного изменила направление, взбираясь на более крутую часть холма.
— Ну? — спросила она. — Ты мне ответишь, Странник?
— Я сказал тебе, почему.
— И ты доставил своё сообщение, — сказала она, не оборачиваясь. — Возвращайся домой.
Странник хмыкнул, делая шаги шире, чтобы поравняться с ней.
Он настороженно вглядывался в темноте в её лицо, на котором, без сомнения, отображалась её ярость, затем отвернулся и покачал головой, рассматривая тенистые деревья и небо, видневшееся сквозь ветви.
Он не замедлил шага.
Она неохотно была вынуждена признать, что он двигался так же бесшумно, как и она.
— Ты знаешь, кто я? — поинтересовался он, подстраиваясь под её шаг после того, как она ускорилась во второй раз.
Он непринуждённо следовал за ней, двигаясь бесшумно, как сама смерть.
Она фыркнула, крепко сжимая хлыст на левом бедре.
— А я должна знать?
— Возможно, да, должна, — взглянув на нее, Странник ещё раз тихо вздохнул, когда она не посмотрела на него в ответ. — Я Кэлиджинес…
— Ты уже говорил это.
— …Король Странников, — закончил он.
Алексис нахмурилась и резко остановилась.
Она стояла на небольшом склоне самой крутой части холма, и толстые подошвы её низких сапог впивались в рыхлую грязь и камни. Повернувшись, чтобы посмотреть на него, она почти ясно увидела его лицо в свете полной луны, нависшей над городом.
— Что? — спросила она. — Зачем, во имя богов, кому-то посылать короля на такое задание? И уж тем более короля Странников?