Графиня засмеялась:
— С удовольствием! Только, пожалуйста, не забудь о приглашении Воронцовых. Мари сегодня прислала повторное письмо.
Дракула усмехнулся, не ослабляя объятий:
— Мы говорили об этом с консулом, но, верно, тебе Мария доверяет больше.
— Разумеется, — воскликнула девушка. — Последние недели дипломаты румынского корпуса не принадлежат себе. Неразумно требовать от них твердых обещаний.
— В твоих словах мне слышатся справедливые упреки? — подозрительно поинтересовался молодой мужчина, тем не менее, тая в глазах улыбку.
— Ни в коем случае, — Аликс кокетливо склонила голову. — Никаких упреков, всего лишь напоминания…
Граф вздохнул и прижал ее к себе. Отвел с лица тугие завитки выбившихся из прически волос и медленно поцеловал: сначала в висок, потом в щеку и, наконец, в губы — поверхностным, но долгим поцелуем.
— Хотелось бы возразить тебе, — прошептал он, — но ты совершенно права. Мы проводим вместе неприлично мало времени, и я уже не помню, когда последний раз так сильно по тебе скучал. Но пока османское посольство в Бухаресте, я не могу ничего изменить.
— Все хорошо, — ласково улыбнулась графиня. — Я подожду. Жаль только, что придется надолго задержаться в столице. В прошлом году в начале мая мы были уже в Карпатах. Помнишь, как цвели сады и наливались травой луга, а Калипсо резвилась дни напролет, не желая возвращаться в конюшню?
— Помню. Я рассчитывал переехать в поместье до лета, но теперь не могу назвать точных сроков. И все же, когда все закончится… — в голосе графа проступил легкий оттенок печали, — обещаю, я отвезу тебя в замок, и мы проведем там столько времени, сколько пожелаем, не взирая ни на какие светские приличия.
Аликс вопросительно посмотрела на супруга, удивленная неожиданной серьезностью его тона, но он мягко добавил:
— Вообще-то я пришел пригласить тебя на завтрак.
— Лично? — еще больше удивилась графиня.
— Почему бы и нет? — беспечно возразил он.
Обнимая девушку за плечи, Дракула поймал ее нежный, выразительный взгляд. В нем было много невысказанного, много того, о чем он хотел бы, но не мог сейчас говорить. «Когда все закончится, — подумал он, — я обещаю тебе…» и мысленно произнес еще три слова, отчетливо понимая, что может не исполнить свое обещание.
День пролетел незаметно, а ближе к вечеру карета королевского советника уже катила по мостовой, распугивая недовольных ворон и весенних кошек. Дом консула располагался на одной из боковых улиц, неподалеку от здания русского посольства. Высокий особняк в псевдороманском стиле зарос черемухой и сиренью. Главные ворота были распахнуты, а у парадного входа стоял лакей в русской ливрее, торжественно встречая и кланяясь каждому гостю. Предложив графине руку, граф поднялся с нею по ступеням крыльца и вошел в дом.
========== Глава 10. Русский вечер ==========
В просторной передней было прохладно и светло. Вечернее солнце заглядывало в окна, раскрашивая золотой краской все, до чего могло дотянуться: изящную мебель из карельской березы, рамы многочисленных картин и портретов, массивные перила винтовой лестницы. В воздухе витал запах женских духов, смешанный с ароматом белых лилий, расставленных вдоль стен в высоких напольных вазах. Возле кухни суетились слуги, наполняя подносы бокалами с самым разным содержимым — от насыщенно-рубинового до кристально-прозрачного. Из большой залы, занимавшей весь первый этаж, доносились негромкая музыка, оживленные голоса и смех.