- П-погоди! – пытается возразить Хината, но Саске как будто не слышит. – Саске!
- Не бойся, – говорит он, не оборачиваясь. И Хината почему-то верит ему. Наверное, зря.
Он толкает первую дверь в комнату Неджи и не заходит в нее, толкает вторую в ее комнату и, осмотревшись, тянет внутрь. Снова целует, жарко и требовательно, и дрожащими руками расстегивает молнию на толстовке. Без нее Хината чувствует себя почти голой.
- Н-не надо, – нерешительно мямлит она. Но Саске лишь снова бормочет ей в губы нетерпеливое «Не бойся». Кто-то другой на ее месте оттолкнул бы его, например Тен-Тен. Она такая решительная. А Сакура и Ино наоборот постарались бы показать все чудеса, на которые только способны. А Хината просто дрожит от страха, краснеет и часто дышит от возбуждения. Это ведь оно…То самое взрослое и запретное… с Саске!
Хината на миг пытается представить на его месте Наруто, но ее мечты о нем никогда не заходили дальше долгих взглядов глаза в глаза и держания за ручку. Наруто-кун чистый, светлый и самый добрый, и думать о нем в этом ключе получается как-то плохо.
Саске чуть приседает, спускаясь губами к шее, и Хината послушно запрокидывает голову. Она почти не держится на ногах, поэтому то, что они оказываются на постели, кажется ей вполне логичным. Саске целует, целует, целует ее снова и снова. Его пальцы борются с пуговками на блузке и те не смеют сопротивляться его напору, так же как не смеет и Хината. Все это неправильно, но как-то странно логично.
Прежде чем развести края блузки, он повелительно шепчет ей в губы:
- Скажи да, скажи да, скажи да….
Хината судорожно облизывает зацелованные губы и загипнотизированная и покорная шепчет «да». И Учиха Саске, тот самый жестокий и холодный, мечта всех тех уверенных девиц, что не ставят ее и в грош, стонет ей в губы. От этого звука Хината теряет голову. Да! Пусть! Пусть она и никчемная, зато хоть чем-то она обойдет всех – ее первый раз будет с Саске. Пусть обзавидуются… Но в следующую секунду весь восторг улетучивается под волной жгучего стыда, когда Саске разводит края ее блузки и горящими глазами смотрит на грудь в белом бюстгальтере. Хината в ужасе думает о том, что на ней абсолютно простецкое хлопковое белье и что возможно сейчас она узнает о себе еще много нового, но Саске медленно гладит верх груди пальцами, словно не может насмотреться. А потом все же смотрит ей в глаза и шепчет серьезно и как-то торжественно:
- Ты очень красивая, Хината.
У нее нет сил даже на спасибо. Она только что поняла, что ее, кажется, вот-вот лишат девственности, и сделает это не трепетно любимый Наруто-кун, а злобный ироничный засранец Учиха Саске.
- С-саске … - бормочет она чуть не плача. Ей стыдно продолжать и стыдно попросить его остановиться. Ей нравиться лежать под ним и чувствовать какой он теплый, тяжелый и пахнет так волнующе. Но страшно подумать о том, что будет дальше и о том, что будет потом. А он, словно читая ее мысли, целует ее снова и руки накрывают и сжимают груди. Ей снова жарко и сладко и хочется забыть весь мир.
Саске чуть раскачивается, лежа сверху, тянет блузку и толстовку с плеч, дергает рукава. Хината не помогает ему. Она словно в ступоре, как кобра загипнотизированная факиром. Его можно остановить и нужно, но она не решается. Какая-то дикая рассудительная мысль «мне ведь нравится, значит так будет нечестно» удерживает ее от того, чтоб оттолкнуть Учиху прочь.
Он зарывается пальцами ей в волосы и шумное дыхание бьет в уши, когда он вертит ее голову с боку на бок, лаская мочки языком. Это так возбуждает, что Хината закрывает глаза и стонет, отдаваясь на милость победителю. Пусть берет все что хочет. В конце концов, он хотя бы хочет ее, в отличие от Наруто.
Хината чуть отстраняет Саске от себя и, смущаясь и храбрясь, тянет руки к пуговицам на его рубашке. Взгляд у него совсем дикий. Она никогда не видела Учиху таким. Он наклоняет голову вниз и смотрит как ее руки дрожа расстегивают пуговицы. В этом жадном любопытстве есть какая-то порочная чувственность, и Хината тоже смотрит, как ее руки между их телами судорожно пытаются избавить Саске от одежды. Наконец пуговицы расстегнуты. Саске чуть отстраняется и скидывает рубашку на пол. Он красивый. Хината с трепетным неистребимым любопытством к другому полу гладит его грудь. Все такое…другое. Она мягкая, а он твердый, она хрупкая, а он сильный, а еще она смуглее. Учиха бледный, как поганка. А, он и есть вообще-то…
Хината усмехается, и Саске приподнимает бровь.
- Что?
Она пожимает плечами и, не желая терять чувство сумасшествия, тянет его на себя. Они снова целуются, и в какой-то момент Саске разводит ее колени, прижимается к ней особенно близко и она чувствует его член через ткань брюк. Тут же пугается и разрывает поцелуй.
- Все хорошо, – мучительно стонет Саске. – Все нормально… Не бойся…