— Мне нужно встретить кое-кого с поезда, — уклончиво ответил я, косясь на входную дверь.
За ней слышался смех и быстрый диалог расслабившихся охранников, патрулирующих территорию придомового парка.
— Насколько я знаю, твои друзья не ездят поездами, — не отставал батюшка, вдруг вспомнивший отцовские обязанности.
Или ему скучно стало без орущей оравы малышни, и поговорить решил. В офисе не наговорился, так уши дяди Сережи для него всегда свободны. Я не нанимался его развлекать от скуки.
— Это не друзья. Вернее не совсем друзья. Я встречаю мать одной девушки, — объяснил достаточно понятно, чтобы отцу успокоиться и перестать цепляться.
— Новая подружка! — Он удивленно приподнял бровь. — Кто она? Ты завел девушку — неожиданно!
Вот тут я не выдержал. Отец грубо нарушал негласное правило не совать нос в личную жизнь. Он в мою, а я в его. Все же нормально было, чего он вдруг решил в заботливого папашу поиграть.
— С каких пор ты интересуешься моей личной жизнью? — вспылил я.
— Я твой отец. Это нормально. — Он нехорошо сощурился, но голоса не повысил.
— Я совершеннолетний. Забыл правило: я не лезу к тебе, а ты ко мне. — Пулей вылетел за дверь, быстро слетел со ступенек, направляясь к гаражу, злясь на отца за испорченное настроение.
Глава 7. Встречательная… Или от тех, кто выпил из копытца, нам всем не спрятаться, не скрыться…
Поезд давно прибыл, и мама уже ждала на перроне, когда Макс высадил меня почти на ходу у площади трех вокзалов, а сам уехал ставить машину на парковку, пообещав скинуть фото места. Мы опоздали, а все из-за навязчивости Виктора. Они оба явились за мной с опозданием, когда я уже набирала номер заказа такси. Оказывается, у Виктора тоже дела в той стороне, и Макс его любезно подвез. Среди припаркованных у дома машин долго искала спортивный «порше», но в этот раз Макс приехал на «лексусе».
М-да, кто-то из парней носки меняет не так часто, как он машины. Кроссовер намного удобнее в поездке по городу, чем спортивная машина, особенно для мамы. Макс подумал об этом… Неожиданно и приятно.
И долго бы искала его в веренице припаркованных машин, если бы Максим не вышел и не поздоровался. Моя приветливая улыбка увяла, как только я увидела злость на красивом лице. Приняла на свой счет, мгновенно себя накрутив. Он совсем не рад меня видеть.
Вчера пообещал, а сегодня пожалел о благородстве. Мог бы позвонить и отказаться. Мы не друзья, и он не обязан. Макс сдержанно поздоровался, не сделав попытки обнять или чмокнуть в щечку. Немного расстроилась из-за суховатой встречи, в душе-то надеялась на большую симпатию. Он попытался выдавить из себя какую-то шутку. Упомянул о погоде. У меня слегка отлегло на сердце.
Значит, не меня ему хочется поувечить. Кто-то другой с утра уже успел испортить настроение. Расспрашивать — верный способ нарваться на грубость. Захочет, сам расскажет.
Я мышкой скользнула на заднее сидение и затаилась. Скосила глаза на роскошный букет, даже мысли не допуская, что он мне или маме. Макс решил загладить неприятное впечатление от обеда и согласился помочь встретить маму, но цветы — это уже лишнее. Виктор даже не повернулся поздороваться, был увлечен телефонным разговором. Негромко втолковывал что-то приятным голосом. Надо признать, сегодня он выглядел гораздо лучше. Сменил костюм и побрился. Кроме запаха туалетной воды, других компрометирующих не почувствовала. Не помни я слишком хорошо его вчерашнего, могла бы назвать привлекательным мужчиной.
Вот так женщины вводятся в заблуждение. Говорят же, лучший способ проверить человека — напоить.
Мы проехали больше половины пути, когда Виктор, до того что-то негромко обсуждающий с недовольным Максом, повернулся ко мне, пару секунд разглядывал и выдал: