― Ты можешь дотянуться до него? ― спросила Валентайн, так как это было на стороне Хани.
Держась за бок, она осторожно перекатилась, пока ее пальцы не нашли телефон, а затем она сняла его с подставки, длинный вьющийся шнур последовал за ней, когда она поднесла его к уху.
― Алло?
― Хани? ― Покалывание распространилось по ее животу, когда она услышала голос доктора.
― Да.
― Это Эндрю, ваш хирург.
Хани засмеялась, еще крепче сжимая живот. Она никогда не забудет, как он звучит, и хотела сказать ему об этом, но вместо этого сказала:
― Привет. ― Она посмотрела на Валентайн и прошептала одними губами: Это доктор.
― Я тебя разбудил?
― Нет, я не сплю.
Наступила тишина, а затем:
― Как ты себя чувствуешь?
Прошло около сорока восьми часов с тех пор, как Хани покинула больницу. Она знала, что он не обязан звонить. Как только ее выписали, она сама должна была проконсультироваться со своим врачом, а не с Эндрю. Он звонил, потому что ему не все равно. И это значило для нее много.
― У меня все гораздо лучше, чем когда ты видел меня в последний раз. Это благодаря тебе.
― Я рад это слышать. ― На заднем плане были звуки аппаратов, говорящие ей, что он на работе. ― Я хочу тебя кое о чем спросить.
Она взглянула на свою соседку по комнате, ее сердце колотилось в предвкушении.
― Ладно.
― Я хотел спросить, не хочешь ли ты поужинать со мной завтра вечером.
Когда глаза Хани расширились, Валентайн вскочила в постели, и она подошла ближе.
Хани держала телефон между ними и ответила:
― С удовольствием.
― Я заеду за тобой в семь?
― Идеально. ― Она улыбнулась, когда Валентайн легонько сжала ее плечо. ― Тебе нужен мой адрес?
― Он у меня есть, ― сказал он, его голос заглушил звук сирены. ― Боюсь, мне пора идти. Увидимся завтра, Хани. Отдохни сегодня вечером.
Когда Хани положила телефон обратно на подставку, она взглянула на свою соседку по комнате и натолкнулась на интересное выражение лица. Она уже собиралась спросить, что означает эта полуулыбка, полунаклон головы, когда Валентайн сказала:
― Ты выглядишь так, будто хочешь выйти замуж за этого человека.
Хани рассмеялась.
― Он симпатичный, вот и все. Я польщена, что он хочет встречаться со мной.
― Ты не можешь с ним встречаться.
Хани была уверена, что выражение ее лица совпадает с выражением лица ее соседки по комнате. Она была так смущена, что не могла придумать ни одной причины, почему бы ей не поужинать с ним. Поскольку ей было всего двадцать три, он явно был старше, но она не видела в этом проблемы.
Хани не видела в этом никакой проблемы.
― Почему бы и нет? ― наконец спросила она.
― Он женат.
Два слова, которые одинокая женщина никогда не хотела слышать.
В груди у Хани образовалось напряжение, а в руках появилась дрожь, и пальцы задрожали.
― Откуда ты знаешь?
Валентайн никогда не встречалась с ним. Он покинул палату Хани задолго до того, как ее соседка по комнате приехала в больницу, чтобы забрать ее. Но когда ее выписали, Эндрю стоял на посту медсестер, и Хани указала на него своей соседке по комнате. Хани считала, что ее лучшая подруга ошибается. Это был единственный вывод, который она могла сделать. Потому что то, что она только что сказала, не имело никакого смысла.
― На безымянном пальце у него было золотое кольцо. ― Она опустила голову, продолжая говорить подруге: ― Я удивлена, что ты не заметила этого.
Хани это тоже удивило.