Грейнджер про себя отметила, что совершенно не испытывает ни капли раздражения по поводу того, что Теодор, с какого угла ни глянь, отделался вообще без потерь. А пресловутую «работу на благо общества», особенно если ему удастся попасть в Отдел Тайн, Нотт вообще считал мечтой.
Впрочем, ещё долго не умолкавший Тео тут же добавил, что если с Тайнами не прокатит, то он, как и Малфой, подастся в школу авроров. И вопреки самой себе, Гермиона лишь кивала и благосклонно выслушивала все планы Нотта, периодически отмечая, что почему-то не воспринимает его, как сына одного из самых злобных и опасных приспешников Тёмного Лорда.
А потом заговорила Панси, конечно, только после вступительного монолога Теодора. Оказывается, Паркинсон избрала в качестве исправительной работы на благо общества службу в Святого Мунго, но для этого ей предварительно нужно было поступить на какие-то курсы. Впрочем, к планам на жизнь Паркинсон золотая девочка практически не прислушивалась, зато в сердце запали её слова, обращённые к самой Гермионе.
– Я вот только одного не могу понять, Грейнджер, – Панси насмешливо хмыкнула. – Ты же у нас золотая девочка, самая знаменитая ведьма нашего поколения, что же ты продолжаешь вести себя, как тень?
– О чем ты, Паркинсон? – мгновенно насторожилась Гермиона, ожидая очередную щедрую порцию подколок и оскорблений, но бывшая слизеринка лишь пожала плечами.
– Ты же никогда не была серой мышью, если уж совсем начистоту. Конечно, когда сама себе позволяла блистать, как на Рождественском балу, но ты и до этого всем была бельмом в глазу. Мы же не забыли, как ты светилась на нашем четвёртом курсе во всех газетах едва ли не чаще, чем Поттер. Крам обратил на тебя внимание, одного этого для любой из нас было бы достаточно, чтобы стать звездой светских хроник, а ты отбивалась от внимания журналистов руками и ногами. Скитер успокоиться не могла, соловьем разливалась в твою честь.
Грейнджер невольно открыла рот на подобную интерпретацию событий, которые ей лично помнились совершенно по-другому, как и мотивы и тон писанины Риты Скиттер, а Паркинсон уже продолжила.
- Рита ведь привязывала тебя, к кому только можно, но ты снова ушла в тень. Ладно, мы все просто решили, что ты хочешь прославиться своими достижениями, а не за счёт парней. Логично, мало кто из нас избрал бы эту стезю, но хоть понятно. Потом ты доказала, что на самом деле «золотая девочка» не только потому, что идёшь в комплекте с Поттером. Мы все не глухие, хоть иногда избираем промолчать, Грейнджер. Я что хочу сказать: и до нас на седьмом курсе, на который ты вполне умно и предусмотрительно не вернулась, дошли слухи, что на самом деле по полям и лесам с Поттером вы слонялись вдвоём и без Уизли. И не думай, что хоть кто-то сомневался, кто на самом деле вычислил и крестражи, и дары смерти. И вот теперь, когда ты официально признана самой умной ведьмой нашего поколения, ты снова прячешься в тень. Ладно, избрала ты стать аврором, глупость, если меня спросить, но меня ты не спрашиваешь, это и так понятно, – Паркинсон пожала плечами. – Да и мало ли, у кого какие мечты. Но решить прозябать всю жизнь возле Уизли, и даже не одного из трёх старших, а именно Рона, это мне уже невозможно ни понять, ни объяснить.
Конечно, Гермиона тогда довольно грубо остановила излияния Паркинсон и в очередной раз вступилась за Рональда, но зерно сомнения в тот вечер в её сознании было заронено. Более того, оно дало щедрый урожай размышлений и переоценки приоритетов, и Грейнджер всё-таки приняла решение, перевернувшее всю её жизнь. Порвала отношения с Роном и подала заявку в Отдел Тайн, куда вскоре и перешла…
- То есть, - Поттер прочистил горло, но его голос сейчас звучал глухо, и Гермиона отчётливо слышала в нем опасные нотки. Прежде их у её друга детства никогда не было. - Ты хочешь сказать, что порвала с Роном, послушавшись совета Панси Паркинсон, а от… - Гарри на мгновение умолк и поправил самого себя. Вот только лёд в его голосе буквально заставил внутри всё похолодеть. - А с курсов Авроров в Отдел Тайн ушла благодаря совету Теодора Нотта?