— Слова о понимании звучат лицемерно для того, кто прячет своё лицо за маской, — она снова огрызается, старается его обойти, но в итоге оказывается практически зажата между Пауком и ящиком. Дверь к лестнице, единственный способ уйти, перекрыт, так что у Тейлор просто нет возможности как-то сопротивляться. Единственное, что она может, постараться успокоиться.
— Ты хочешь, чтобы я её снял? — в его словах звучит откровенная насмешка, практически вызов, но Тейлор уже всё равно, — Ладно, нет проблем, я сниму её. Только ты остаёшься на месте и выслушиваешь всё, что я тебе говорю.
Девушка не успевает ничего возразить, короткого мгновения хватает на то, чтобы красная маска исчезла с лица напротив, и перед ней предстал симпатичный парень. Коньячно-карие глаза блестят вызовом, а слегка вьющиеся шоколадные волосы встают всклокоченным гнездом. Он оказывается намного моложе, чем она могла предположить, скорее всего, даже её ровесником.
На секунду Тейлор теряет дар речи, потому что, если быть достаточно честной, встреть она такого парня на улице, уж точно провожала бы его жадным взглядом, пока тот не скрылся бы за ближайшим поворотом. Но сейчас перед ней всё ещё стоял Человек-Паук, которого она ненавидела всем своим сердцем, а всё происходящее медленно превращалась в очень несмешную комедию.
Она понимает, что коленки у неё дрожат, только в тот момент, когда садится прямо на крышу, беспомощно упираясь спиной в стенку ящика. Мысли в голове путаются, перемешиваясь во что-то неясное, и Тейлор медленно проводит рукой по волосам в попытке успокоиться.
Человек-Паук оказался всего лишь мальчишкой, на которого свалилось слишком много. На мгновение девушка пытается представить, какого было бы ей, окажись на её плечах безопасность и благополучие целого города, и от этой мысли становиться не по себе. Ей даже кажется, что она может ему посочувствовать, но потом перед глазами снова встаёт образ Ричи, его могила, и сердце снова черствеет. Если Человек-Паук оказался не в силах защитить обыкновенных граждан, значит ему не стоило брать на себя такую ответственность. И возраст его не оправдывает.
— Теперь ты можешь меня послушать? — Паук, кареглазый мальчишка со слишком вымученной улыбкой, присаживается напротив неё, лёгким взмахом руки притягивая к себе уже давно позабытую коробку с пиццей с помощью паутины, не выронив при этом ни кусочка. Тейлор слишком неприлично таращит на него глаза.
— Почему ты возишься со мной? — перебивает она, стараясь сохранять самообладание. В голове у девушки действительно не укладывается, почему он подошёл к ней тогда, в первый раз, почему появился сейчас и зачем притащил эту дурацкую пиццу. Они определённо не были знакомы, и теперь, увидев его лицо, Тейлор уверена в этом наверняка, тогда… зачем это всё?
На её вопрос Паук лишь растягивает губы в каком-то подобии виноватой улыбки и передёргивает плечами, но с ответом тянет, долго молчит, словно мысленно перебирает варианты и тщательно думает, что лучше сказать, а что — нет. Тейлор слегка щурится, вглядываясь в его лицо и стараясь усмирить пожаром горящую злобу. С одной стороны, сейчас перед ней очень миловидный молодой парень, который фактически всю свою жизнь перечеркнул, лишь бы сделать мир чуточку лучше, лишь бы помогать людям. С другой же… на его руках всё ещё была кровь Ричи. Её Ричи, и простить это она не сможет никогда.
— Я со всеми вожусь, — наконец отвечает он, слегка мотнув головой. Тейлор его всё ещё не понимает. Ведь, для такого, как он, в каждом действии должна быть выгода, хотя бы какая-то её малая часть. А от неё, от Тейлор, толку нет никакого.
Разговор, кажется, исчерпал себя, практически и не начавшись, поэтому между ними повисает тишина. Тейлор очень хотелось уйти, закрыться в своей спальне с ободранными обоями и никого не видеть и не слышать, полностью утопая в своей ненависти к Человеку-пауку, перемешанной с ещё какими-то странными и совершенно неправильными чувствами. Но она всё ещё сидит здесь, а он, её самых худший враг, самый ненавистный для неё человек, сидит перед ней на расстоянии вытянутой руки и с довольным видом ест пепперони. Тейлор не понимает, что она делает не так.