Эмпатка останавливается возле высокого худощавого парня, чем-то похожего на наркомана, которого выделила для себя, как лидера. Парень стоял перед небольшой кучкой людей, задирая правый рукав, и что-то кричал, не скупясь на разнообразие нецензурной брани. Лесли стоит совсем рядом, с левой стороны, но всё ещё никак не может разобрать, что там такого показывает парень, пока он не замечает её, наконец, повернувшись лицом. Довольно симпатичный, хотя даже рядом не стоящий с обаянием Скотта, он щурится, пристально вглядываясь в Лесли, а потом суёт свою руку практически ей в лицо, демонстрируя уродливый толстый шрам на предплечье.
— Смотри, что эти чудовища со мной сделали! — он бегло оглядывает её, словно желая убедиться в том, что перед ним стоит обычный человек. Лесли от его взгляда становится не по себе, — Нельзя подпускать их к людям, нельзя позволять жить возле нас. Долой мутантов!
От его пронзительного крика у девушки практически закладывает уши, а от него самого исходят такие неприкрытые злоба и ненависть, что Лесли хочется отойти от него как можно быстрее и как можно дальше. Но она уверена, что не ошиблась в своих выводах — у парня определённо есть черты лидера и он уже готов повести за собой, пусть и небольшую, но всё же группу, которая сейчас так исступлённо вторит его крикам.
Девушка старается справляться с усиливающимся головокружением, чувствуя ненависть со всех сторон. Ненависть к таким, как она, к мутантам, которые не выбирали такой жизни, не выбирали своего дара, у которых просто не было права выбора, чего люди в упор отказываются понимать. Ведь и она сама не хотела своих сил, своего персонального проклятия. Эмпатия — последнее, что ей нужно было от жизни и уж точно то, чего она никогда не просила. Но сейчас лишь благодаря своей силе Лесли удаётся сохранять концентрацию на происходящем вокруг, потому что окружающая ненависть топит, захлёстывает с головой. Девушка практически задыхается в чужих чувствах, держится из последних сил, потому что понимает, что если провалит это задание, подведёт профессора и Людей Икс. Подведёт Скотта.
— Ты в порядке? Выглядишь бледной, — из мыслей её выводит женский голос, прозвучавший над самым ухом. Всего в нескольких шагах от Лесли стоит девушка с яркими синими прядями в волосах и уже отросшими чёрными корнями. От неё исходят спокойствие и дружелюбие, которые в этом аду негативной энергии кажутся глотком свежего воздуха. Девушка протягивает руку, — Я Моника. А это Фредди. Эй, Фредди!
Тощий парень продолжает агитировать разрастающуюся вокруг него толпу, даже не замечая, что его позвали по имени. Постепенно сюда подтягиваются и люди, ещё недавно стоявшие в других группах, и те, кого Лесли её не видела. В ней снова начинает нарастать животный ужас, а вот Моника выглядит совсем беспечной.
— Первый раз на митинге что ли? — Моника слегка пихает её в плечо, привлекая к себе внимание. Лесли неуверенно кивает. Её собеседница усмехается и эмпатку снова обдаёт волной совершенно неуместного во всей этой ситуации позитива, — не переживай, я уверена, что всё пройдёт гладко. А если тебе приглянулся Фредди, я вас потом познакомлю.
Моника подмигивает, тут же отворачиваясь, чтобы достать из рюкзака рулон бумаги, который разворачивается в огромный плакат с лозунгом: «ЖИВОТНЫЕ ДОЛЖНЫ БЫТЬ В КЛЕТКАХ! ДОЛОЙ МУТАНТОВ!». Лесли тошно — от всей этой ситуации, от её роли наживки, от того, что Скотт не воспринимает её всерьёз, а какая-то малознакомая девица пытается сосватать её с сомнительным парнем уже через тридцать секунд разговора. Ещё никогда она не желала появления Магнито и Братства так сильно.
Минуты казались вечностью, головная боль никуда не исчезала, и тревога только усиливалась. С каждым человеческим ненавистным выкриком Лесли чувствовала протекающую по её венам чужую неприязнь к мутантам. Эта площадь казалась настолько грязной, что желание оказаться в душе и стереть всё это с себя жёсткой губкой, увеличивалось с каждым мгновением.
Всё ещё стоя около Моники, Лесли несколько раз бросает мимолётный взгляд в сторону кустов, за которым должны были находиться Люди Икс. Она замечает всполох от красного стекла специальных очков, и только тогда у неё получается немного успокоиться. Скотт был рядом. Несмотря на всё, что она ему наговорила, несмотря на её попытки им манипулировать, Скотт всё равно был здесь и следил за тем, чтобы девушка была в безопасности. Волна любви и благодарности разрослась в груди за считанные секунды, растекаясь по всему телу и согревая изнутри.