В одиночестве.
Дорогая мисс Грейнджер!
Сообщаю, что готов избавить Вас от текущей проблемы в любое удобное для Вас время. Будет хорошо, если это произойдет уже сегодня, когда я могу поручиться за безопасность предприятия и известной Вам персоны. Посему предлагаю встретиться в доме мистера Ремуса Дж. Люпина с его любезного согласия. Прошу Вас ответить незамедлительно и назначить время.
С уважением,
Северус Т. Снейп
Прочитав письмо, Грейнджер передала пергамент Малфою и зачем-то уточнила:
- Сегодня. Он заберет тебя сегодня.
Малфой перечитал записку несколько раз, но Грейнджер этого не видела. Призвав ежедневник, она изучала свое расписание и прикидывала, когда сможет появиться на Гриммуальд-Плейс. В одиннадцать был мистер Смит и последний этап в нелегком деле защиты его дома. Потом она хотела вернуться домой на ланч и только после этого… Может быть, в три? Или в пять? Снейп прав – чем быстрее они закончат, тем лучше для всех.
- Грейнджер…
Голос Малфоя оторвал ее от размышлений о бренности всего сущего.
- Что?
- Можно я оставлю это себе?
Она оторвалась от записей и посмотрела на Малфоя. В его глазах был вопрос, в его руке было послание Снейпа. Наверное, для него это письмо – как пропуск из Ада. Грейнджер пожала плечами.
- Лишь бы в радость, - и добавила, не удержавшись, - Не знала, что ты сентиментален.
- Ты многих вещей обо мне не знаешь, - ответил Малфой, бережно складывая пергамент и убирая в задний карман джинсов.
- И не хочу знать. Уж прости за откровенность.
Малфой вспыхнул, но ничего не ответил. Не желая знать о нем, Грейнджер была в своем праве. Он ведь тоже не стремился узнать ее получше. Вполне хватило того, что они не перегрызли друг другу глотки в первый же день. И во все последующие дни.
Еще одна пауза, томительно-длинная и отчаянно-безнадежная. Грейнджер налила в свою чашку новую порцию кофе, а Малфою – чай. Призвала листок пергамента, чернильницу и перо. Ответ был краток.
Сегодня в четыре пополудни.
Грейнджер
- А ты не жалеешь?
Малфой смотрел на нее в упор. Грейнджер, погрузившаяся в расчет времени, машинально переспросила:
- О чем?
Но тут же все поняла сама, и ее как будто огнем обожгло. Он спрашивал о себе. Он все еще боялся, что в последний момент она приведет не Снейпа, а авроров, и тогда для Малфоя все будет кончено. Азкабана он не переживет.
- Нет.
Грейнджер свернула пергамент, привязала его к лапке совы, дала птице лакомство и выпустила ее в окно. На кухне ощутимо похолодало, и Грейнджер невольно поежилась под тонким шерстяным свитером. Всегда ненавидела халаты и дома не держала ни одного. А у Малфоев, наверное, даже халат стоил столько, что хватило бы одеть все семейство Уизли с ног до головы. Только у Джинни – единственной дочери – была новая одежда.
Если она хочет все успеть сегодня, то нужно действовать оперативно. Душ, потом переодеться, взять все необходимое. Она двигалась быстро, не затрачивая времени на ненужные действия. Служба в аврорате приучила ее к четкости и оперативности. В хаосе вещей она безошибочно находила то, что нужно, без малейших усилий. Малфой следил за ее сборами, и в его серых глазах явственно читалась тревога, которой Грейнджер все равно не видела. Он рискнул задать вопрос, только когда она замерла на секунду перед тем, как уйти, вспоминая в последний момент, не забыто ли что.
- Когда сегодня?
Взгляды перекрестились. И снова Грейнджер не переспросила, что именно он имел ввиду.
- В четыре, - и зачем-то добавила, - Не бойся.
*
Без двух минут четыре Грейнджер аппарировала на другую сторону Гриммуальд-Плейс. Ей безумно не хотелось снова встречаться с бывшим профессором Снейпом, но мысль о том, что это в последний раз, придавала сил и решимости. Грейнджер пересекла площадь, и ровно в четыре подошла к дверям дома № 12.