Разговаривать с колдуном перед тем как его убить - очень глупая затея.
Идти убивать колдуна в одиночку, да еще разговаривать с ним перед тем как нанести финальный удар - идиотизм чистой воды. Впрочем, Серджио был бы последним, кто обвинит двоюродного внука в желании отдать тело деду.
"Самоуверенный сопляк: решил избавиться от порочащего семью пятна на репутации? Ну и где теперь твоя гордость и благочестие, любитель мужских задниц?", - обрывки воспоминаний, доставшиеся вместе с телом, порой подкидывали неприятные, а временами и отвратительные подробности жизни жертвы.
Ритуал перерождения был сложен тем, что начинать его следовало в момент гибели старого тела, в присутствии жертвы не дальше чем в пятидесяти метрах и при наличии у владельца желаемой оболочки здравого разума со свободой воли. Иными словами - нужен человек, желающий жить и бороться за свою жизнь (сломленные куклы не годились).
У кого же жажда жить сильнее: у более чем столетнего колдуна, вся сущность которого сформирована вокруг стремления выжить любой ценой, либо у мальчишки, едва начавшего третий десяток лет своей жизни и искренне желающего уйти вслед за Ушедшим Богом? Внук конечно боролся, особенно когда понял, какую ошибку допустил, но Бледный Змей сломил эти вялые трепыхания, после чего занял молодое, сильное, здоровое и тренированное в энергетическом плане вместилище.
"Возможно это тело протянет полгода, а то и год. За это время я должен найти портал, который строят храмовники и... Да к Сбежавшему все это! Если я найду путь хотя бы куда-то, где можно жить, без сожалений брошу эту гибнущую помойку".
Конечно же, рыцари-жрецы скоро узнают о том, что один из них погиб и стал жертвой Десятого Бедствия... Но по сути, это меняло не так уж и много: в конце концов, за головой Бледного Змея охотятся все, кому не лень и у кого нет инстинкта самосохранения.
Было ли Серджио жаль внука? Скорее "нет" нежели "да". Все же мальчик сделал свой выбор еще тогда, когда поднял руку на деда, пусть тот и считается страшным чудовищем. За одно только это, его уже можно было вычеркнуть из списка родственников, а следовательно и из числа тех, о ком колдуну стоило бы горевать. Да и душа предыдущего владельца тела ушла именно туда, куда стремилась при жизни...
"При следующей встрече с храмовниками, нужно будет посоветовать им совершить акт ритуального суицида: думается мне, Планетос сразу станет спокойнее".
***
Только под утро Бледный Змей дошел до грязной и покосившейся халупы, стоящей в почти заброшенном районе города, где обитали разве что бродяги да монстры. Подцепив пальцами нить заклинания, которая удерживала в готовности защитное плетение, он вошел в дверь и на секунду прикрыл глаза от яркого света, ударившего в лицо из масляной лампы. Стоило же сделать еще шаг вперед, как в живот врезался живой снаряд, талию обхватили тонкие, но сильные руки, а в низ груди уперся лоб рыжеволосой девочки, из спутавшейся гривы которой торчали два беличьих уха.
- Прекрати разводить сырость, мелкая, я задержался только на сутки, - проворчал Бледный Змей, осторожно взлохмачивая волосы на макушке девочки-полумонстра.