Словно бы проклятый город посмеялся над покинувшими его детьми. Словно бы ему претила сама мысль о том, что его жители спасутся, а его в этот момент снова разрушат и разграбят, обнажив полусгнившие кости. Нет, город считал, что если он и будет страдать, то страдать должны все.
Ви, конечно, уже и тогда не была совсем беспомощна. Любой, кто вырос в Найт-сити, неважно где — в трущобах или в особняке на холмах — хотя бы раз держал в руках оружие. Это было базовое воспитание от города: он учил насилию всех своих детей независимо от их происхождения.
Но о противостоянии профессиональным солдатам обычных, пусть и весьма ожесточенных гражданских, речи не шло. СЕО вместе с корпоративными службами безопасности эвакуировались еще при первых признаках угрозы. А критически недоукомплектованной полиции хватило бы, наверное, только на первые десять минут штурма. Банды города наверняка готовили свой отпор, но против профессиональной армии они просто стали бы дезорганизованными кучками бандитов с палками. Однако куда бы в первую очередь направились военные — убивать, грабить и насиловать — тоже не вызывало вопросов. Наиболее благополучные районы города представляли самый лакомый кусок. После них, конечно, дошло бы дело и до складов, и до мегабашен, и до самых последних трущоб — но уже значительно позже.
И Ви, как и многие, не рассчитывала, что у нее будет хотя бы минимальный шанс выжить в столкновении. «Гуманитарная помощь» Найт-сити от СССР — достаточная, чтобы вооружить каждого жителя — быстро осела в руках лидеров банд и фиксеров. В итоге хорошее советское оружие просто заполонило черные рынки и продавалось втридорога. А из всех имплантов тогда у Ви стояли только усилители памяти, да инжекторы легких стимуляторов.
Поэтому иногда она гадала, насколько мучительный ее — и остальных жителей Найт-сити тоже — ожидал конец.
Все, однако, закончилось весьма неожиданно.
Спустя несколько недель Ви после последнего экзамена поспешила с кучей таких же зевак в доки, посмотреть на залив Дель Коронадо — с утра по улицам пронесся слух, что город спасен. Неожиданная помощь пришла из-за океана с востока{?}[Здесь намеренное искажение смысла из-за восприятия Азии и ее стран как «востока», хотя на самом деле по отношении к Калифорнии и Найт-сити это самый что ни на есть «запад»].
«Боже, благослови Японию и японцев», — стало девизом его жителей в тот день. Слова Сабуро Арасаки ловили с экранов телевизоров на каждом углу и пересказывали друг другу.
Ви отчетливо помнила момент, когда огромных размеров авианосец черно-красной тенью медленно и величественно вошел в залив. В доках его встречали чуть ли не с фейерверками. Мэр Люциус Райн в окружении охраны торжественно надувал щеки, готовясь произнести пафосную речь. А Ви долго вглядывалась в даль у горизонта — рассматривая неясные черные тени еще нескольких японских кораблей.
Американская армия, очевидно, прикинув соотношение сил и сочтя их неравными, отступила. Город действительно был спасен. Жители Найт-сити вздохнули с облегчением, устроив в тот день праздник. Который и сам не обошелся без жертв — по славным «традициям» города.
Однако спасение, как и все в этом мире, имело свою цену.
Арасака-тауэр была отстроена на новом, но самом главном месте на Корпо-плаза в рекордные сроки. Ее громадная тень вновь стала возвышаться над городом, в то время как сама дзайбацу быстро пустила корни во все районы города, намереваясь наверстать упущенное за пятьдесят лет.
Арасака создала рабочие места — так об этом говорили в новостях. Стабильность. Будущее. Однако фактически ей требовались тысячи послушных полуроботов-полурабов. И достаточно способных, конечно, не идиотов. От остальных жителей требовалось просто молчаливое согласие с действиями дзайбацу. Которая эксплуатировала, отбирала, присваивала себе. Где-то — очевидно, не стесняясь, с легкой руки позволяющего мэра. Где-то — более тонко, через множество посредников — пока опутывающая сеть из красно-черных нитей не спускалась на самые преступные улицы к войне между бандами.
Город променял свою очередную мучительную смерть на жесткий ошейник с шипами. И разве можно было его за это винить?
Ви всегда знала, что после университета у нее был только один путь — в одну из корпораций. Но она никогда до того момента не думала, что ее первым (и единственным) работодателем станет именно самая известная, крупная и самая противоречивая. Резюме девушки уже было отправлено в Сетевой Дозор, когда выяснилось, что два арасаковских представителя желают с ней побеседовать. Мужчина и женщина, которых она едва запомнила.