— Харош, — уважительно кивнула Уокер. — Будут из тебя люди, быстро схватываешь. Ещё бы хладнокровия побольше — вообще цены не было бы.
У них было буквально семь минут на сборы, и вот они сидят в фургончике опергруппы, как шпроты в банке, и трясутся от каждой кочки, коих по пути в гетто было как дырок в дуршлаге. Девушка бросала робкие взгляды на начальницу, а та горделиво смотрела перед собой. Моника Монтенегро очень волновалась, поскольку это был первый её выезд на место происшествия. Лёгкий трепет предвкушения приятно щекотал ребра изнутри, а ладошки беспощадно потели.
Фургончик остановился и дуэт с облегчением вывалился на улицу, расстегивая и снимая свои плащи — уж слишком душно было в том катафалке, да и не хотелось пачкать элементы своего гардероба по правде говоря. Остановочка была на заброшенной стройке, где беспорядочно валялись стройматериалы и разного рода мусор. В нос судмедэксперта сразу ударил специфический, слегка сладковатый запах гари. Неужто новая жертва после недели затишья? Легкое дуновение ветра помогло женщине собраться и дать указание помощнице, которая тащила за собой чемоданчик, ступая резиновыми сапогами по мелкому гравию. Рабочие комбинезоны на дамах смотрелись отнюдь не привлекательно, но деваться некуда, дескать, работа такая: выбрали — не нойте. Это только в фильмах трупы осматривают женщины на шпильках и с распущенными длинными волосами — реальность же не разделяла такого подхода к внешнему виду судмедэкспертов. Нет, конечно можно попробовать распустить косу, но потом главное не хныкать что-то типа: «а, ой, выньте опарыша, пожалуйста!».
На месте преступления уже находился следователь и несколько сотрудников в форме. Стояли себе, чесали репу, глядя на обгорелые останки.
— Что, ребят. Как дежурство? — спросила Уокер, бросая взгляд на обугленное тело без нижней части левой ноги. — Не без приключений, я смотрю.
— Да, есть такое… — задумчиво протянул мужчина, судя по всему, следователь. — Сидели, значит, в картишки играли. А тут звонок: женщина с собачкой, таким ма-аленьким пекинесом гуляет и внезапно видит, как со стройки прямо перед носом бомж с человеческой ногой в руках вылетает, по сторонам оглядываясь. И такой аромат, — темные глаза задумчиво глядят вверх, пока владелец подбирает слова, — словно барбекю жарят. От этого бабёнка в обморок упала, очевидцы скорую вызвали, а скорая уже нас.
— Бомжа нашли? — Уокер присела у тела, бегло пробегая взглядом по огарку и оценивая ситуацию.
— Наши прочесывают, скоро найдут и бомжа, и ваш конструктор, — подал голос другой коп.
— Ой, всё, не буду я больше про ноги шутить, — Виктория с Моникой переглянулись и прыснули, но тут же осеклись и прочистили горло. — Извините.
— А вы как, девушки? — проигнорировал следак шутку-минутку, не оценил.
— Каспер, не поверишь: тоже в картишки рубились, а тут ты звонишь. И всё, ты теперь обломщик.
— Ну, простите-извините, — развел руками коп, пока дамы надевали перчатки, защитные очки и налобные фонарики. — В следующий раз попросим, чтобы нас вызывали на вызовы без трупов.
— Заметано! Моника, пофоткай тут всё, чтобы красивенько. И эти, — махнула рукой в сторону обозначающих меток, — захвати. Жертва — судя по ключичным костям — мужчина до двадцати пяти лет, не срослись ещё — точнее скажу в заключении после экспертизы. Белый…
Описание тела и места преступления в общей совокупности заняло примерно два часа — ещё та запара. А муторная-то какая… Виктория и Моника уже собирались закругляться, как женщина обратила внимание на белое длинное перо, что валялось у места, где должна была быть недостающая часть тела усопшего. Неторопливо подняла, оглядела с легким прищуром синих глаз. И как это можно было не заметить?
— Идёшь, нет? — спросила кудрявая, оборачиваясь к начальнице.
— Ты видишь то же, что и я?
— Что? Тут ничего нет, — кудрявая непонимающе уставилась на ладонь женщины.
— Ты что, в глазные яблоки долбишься или как? — не без раздражения выпалила, злобно зыркая на помощницу. — Как тут можно не увидеть это?!
— Вик, с тобой всё ок? — мулатка подошла поближе и положила ладошку на плечо Уокер. Волнение считывалось на лице девушки так же легко, как и текст с открытой книги.
— Каспер, — орнула так, что голос охрип. — Скажи, что хоть ты у нас предпочитаешь традиционные вариации секса, а не те, что вызывают слепоту. Ты что-то видишь?
— А что я должен видеть? У тебя ладонь пустая.