– И как ты собираешься это сделать, интересно?
– Прошу, спроси, не было ли у Джалилы кормилицы и как ее звали.
– И?
– Скажи, что мою кормилицу звали так же.
– Ты с ума сошел? Дядя Абдул прекрасно знает, как звали твою кормилицу.
– Это была другая кормилица, подменяла первую, пока та болела, не знаю, надо что-то придумать.
– Даже не подумаю! – гордо тряхнула платком Назира.
– Пожалуйста! – взмолился Саид, встав на колени. – Я все для тебя сделаю, я упрошу дядю Абдула найти тебе лучшего жениха, только спаси меня, ради Аллаха!
– Правду говорят, с кем поведешься, от того и… Ладно, я сделаю, как ты просишь. Но подобное безобразие случается первый и последний раз, ты меня понял?
– Спасибо, милая сестрица! – Саид почувствовал, что у него словно гора свалилась с плеч. – Я вовек тебе должен.
Обман прошел как по маслу. Никто не заподозрил подвоха, даже Абдул, который разве что волосы на бороде не рвал от досады, распинаясь в извинениях и сожалениях. Отец девушки был крайне опечален расторжением помолвки, но принял это как факт. Перед уходом Саид последний раз взглянул в глаза Джалилы и понял: еще одно сердце разбито.
Всю обратную дорогу он размышлял о случившемся. Назира шла рядом с выражением лица снежной королевы, а Абдул как всегда потрясал четками и говорил что-то о других присмотренных кандидатках на роль невесты племянника. Саид задержался на секунду, разглядывая в одной из лавок платок светло-бирюзового оттенка, почти такой же, какой был у Жади в их первую встречу. Определенно, если он не хочет больше попадать в неприятные ситуации, ему нужно научиться справляться со своими эмоциями. Терпение Назиры не безгранично.
========== 11. Новые горизонты ==========
Лукас с нетерпением поглядывал на офисные часы. Сегодня вечером он идет на первую репетицию будущей группы, которую правильнее было бы назвать собеседованием или прослушиванием. Он ужасно волновался, до дрожи в коленках, но вместе с тем музыкальная карьера казалась ему прекрасным выходом из топкого болота бесчисленных нормативно-правовых актов и судебных тяжб. Феррас-младший мечтал выйти на сцену и покорить многотысячную публику, но еще важнее было доказать сеньору Леонидасу, что не офисом единым жив человек. Он закончит эту невыносимую стажировку, допишет дипломную работу и распрощается с адвокатской деятельностью на-всег-да.
Лукас пришел по указанному в записной книжке адресу, который продиктовал ему Жилберту. Это была студия в офисном здании в одном из районов Рио, где ему открыл дверь эксцентричного вида парень в потертых джинсах, черной кожанке и с волосами, торчащими во все стороны.
– Лукас? – протянул он ему руку. – Проходи.
В просторной студии стояли барабанная установка, колонки и синтезатор, лежали вразброс гитары, микрофоны, на столе красовалась недопитая бутылка на пару с пепельницей, а посреди этого творческого беспорядка сидели еще двое таких же нестандартного облика молодых людей.
– Знакомься, это Гума, наш барабанщик, это Селсу – клавишник.
– Хой! – поприветствовал новенького Селсу.
– Я сам вокалист, гитарист и автор песен, ты можешь называть меня Берту для краткости.
– Добрый вечер, – смущенно поздоровался Лукас, почувствовав себя явно не в своей тарелке.
– Рассказывай, с чем пришел.
– Ну, я… – замялся парень. – Я неплохо играю на гитаре и подбираю мелодии на слух, сочиняю сам.
– На слух? – переспросил Берту. – Ты нот не знаешь, что ли?
Лукас покраснел, как рак.
– Наш человек, – засмеялся Гума. – Да ты не слушай его, ноты настоящему музыканту не нужны, нужен только драйв.
– А хоть знаешь, чем бас-гитара отличается от обычной электрогитары?
– Конечно, знаю!