Женщина и правда желает запить липкий, специфический вкус африканского семени.
– Налейте мне вина, пожалуйста.
Когда Милла протягивал бокал с напитком, Анна невольно зацепилась взглядом за одинокий серебряный перстень на указательном пальце правой руки. Женщина наблюдает украшение вблизи лишь несколько мгновений, но их вполне достаточно, чтобы узнать. Оправа в виде глаза включает в себя круглый камушек жёлтого янтаря – радужка, в который искусно вставлен чёрный бриллиант – вертикальный зрачок. А само драгоценное око заключено в объятия Уробороса.
Писательница утолила жажду. И, собравшись с мыслями, хотела расспросить бизнесмена о странном украшении на руке. Но африканец демонстративно поднялся, давая понять всем своим видом, что аудиенция окончена.
– Синьора Венгер, будем считать, что наше интервью удовлетворило обе стороны, – Милла одарил Анну лучезарной улыбой, – но я вынужден откланяться. Приятных сновидений. Да, в апартаменты вас проводит слуга.
Абрафо Милла чуть склонил голову и не оглядываясь вышел из холла.
Опять всё закончилось как-то не так, как планировала писательница. Она тяжело поднялась с пола и натянула на вспотевшее тело национальное платье. Женщина подошла к зеркалу. Лицо – в белёсых потёках семени, блудливый взгляд кажется отрешённым. Воспользовавшись салфетками, Анна наспех стёрла следы эксклюзивного интервью. Дама осушила ещё полбокала прохладного вина. Пробежалась прощальным взглядом по многочисленным зеркалам холла. Женщине кажется, что отражения переглядываются и с осуждением косятся на растрёпанный оригинал. Чертыхнувшись, писательница покинула залу. В коридоре Анну терпеливо дожидается надменный слуга, пренебрежительная ухмылка прячется в уголках губ.