Я пожимаю плечами.
— Ага. В полном.
— Она всегда так строга к тебе, — говорит он, подпрыгивая, чтобы бросить. Когда он двигается, его серая футболка задирается ровно настолько, чтобы я могла украдкой взглянуть на его супергеройский пресс, который, как я знаю, он там прячет.
— Кто, моя сестра? — Рассеянно спрашиваю я, осторожно разглядывая его.
Перестань пялиться на него, ради Бога.
Мяч со свистом пролетает через сетку, и он поворачивается ко мне, очаровательно улыбаясь.
— Ага. Она мне нравится и все такое, она даже добра ко мне. Но с тобой она всегда кажется такой… — он, кажется, подыскивает нужное слово.
— Стервозной. Подлой. Или как насчет замышляющей-мою-ужасную-смерть сумасшедшей, — предлагаю я, опершись руками на перила.
— Ну, я хотел сказать «суровой», но так тоже можно. — Он изо всех сил старается не улыбаться.
— Могу я задать тебе вопрос? — Осмеливаюсь спросить я, несмотря на внутренний голос, кричащий мне, чтобы я держала свой рот на замке.
— Конечно. — Он одаривает меня беззаботной улыбкой.
— Почему она тебе нравится? Ведь она такая злая… а ты такой… — я сдерживаюсь, чтобы не сказать «милый», потому что не знаю, как он отреагирует.
— Я не знаю. Я просто… — он бросает взгляд на дверь моего дома, затем потирает затылок, выглядя очень неловко. — Иза, мне действительно неудобно говорить с тобой об этом.
Дайте мне корону, люди, потому что я только что взяла титул самой супер неуклюжей девушки на свете.
К счастью, боковая дверь соседнего двухэтажного дома распахивается, и выходит Кай, младший брат Кайлера, который учится в средней школе, как и я.
На нем нет футболки, впрочем, как обычно, боксеры торчат из-под черных шорт, а светлые волосы сбились набок, как будто он только что проснулся. Весь этот сонный, мятежный вид — это недавние перемены, и еще ребята, с которыми он начал тусоваться, торчки, помеченные как таковые за то, что они носят темную одежду, едят много нездоровой пищи и безразлично относятся ко всему дерьму. По крайней мере, так их все называют, хотя я еще ни разу не видела, чтобы кто-нибудь из них курил травку. Если бы это было так, то я была бы тоже наркоманкой, так как описание подходит и ко мне.
— Эй, что случилось? — Кай кивает Кайлеру подбородком и закрывает за собой дверь.
— Ничего особенного, — говорит Кайлер брату, поднимая баскетбольный мяч. — Я подумываю о том, чтобы отправиться на вечеринку.
— Какую именно? — Спрашивает Кай, запихивая в рот полную ложку хлопьев.
Кайлер пожимает плечами и бросает мяч на бетонную дорожку.
— Я думаю, что к одной из подруг Ханны.
Кай давится смехом и выплевывает полный рот хлопьев.
— Звучит чертовски весело. — Сарказм так и сочится из его рта.
— Все будет не так уж плохо, — Кайлер поднимает руки, чтобы бросить в корзину мяч.
— Это будет кучка тупых болельщиц и спортсменов, — говорит Кай, ставя свою миску на перила крыльца.
— Я не знаю, в чем твоя проблема, — Кайлер пятится к траве, чтобы забрать мяч. — Ты тоже был одним из этих, — он делает воздушные кавычки, — тупых качков, пока не решил, что слишком хорош.
— Я ушел из команды не из-за этого, — резко отвечает Кай. — Так что перестань говорить о том дерьме, о котором ты ничего не знаешь.
— Тогда в чем же дело? — Бросает вызов Кайлер, подхватывая мяч и засовывая его под мышку.
Кай пожимает плечами, поднимая свою миску и выглядя раздраженным.
— Кого это волнует?