— Она уже такая большая, — неловко улыбнулся он.
— Можешь взять на руки. Если хочешь, — сказала я, поднимая дочь на руки. Я поцеловала её в макушку и передала Стасу.
Он держал дочь на руках и нервно улыбался, видимо для него это было не просто. Как и, в целом, визит к нам.
Кира мало чем была на него похожа. Единственное, что было точно от него — это лазурный цвет глаз, чистый и умиротворяющий.
Кира внимательно рассматривала незнакомого ей мужчину, избегая взгляда в глаза. Она и мне в глаза смотрела очень редко и я думала, что она просто это не любит.
— Может, нужно чем-то помочь? Финансами, может? — спросил он, передавая мне Киру.
— Нет, ничего не нужно, — отрезала я.
— До сих пор злишься? — спросил он.
— Нет, я тебя уже давно вычеркнула из нашей жизни и, вообще, забыла о твоём существовании. За измену я тебя давно простила, но за твоё равнодушие к дочери простить не смогу никогда. Ты пришёл первый раз за полтора года, и даже не представляешь, через что мне пришлось пройти, пока ты жил спокойно.
— Ты сама не сказала мне о беременности. Думаю, мы бы решили этот вопрос, и мучится, не пришлось бы, — сказал он, равнодушно смотря на дочь.
— В том то и дело. У тебя всё решается просто, — сказала я.
— Такова жизнь, у меня есть возможности, почему ими не пользоваться? Я был слишком молод, чтобы думать о детях. Сама понимаешь, институт, тусовки. Просто взять и всё загубить? Отец бы сразу отправил меня работать, заставил бы жениться… Ты мне, конечно, очень нравилась, но я не готов был ради тебя пожертвовать всем, — сказал он, передавая мне Киру.
— Надеюсь, ты когда-нибудь повзрослеешь и поймёшь, что не прав. Желаю тебе счастья, Стас — выдохнула я.
— Только не делай из меня какого-то подонка. Я к тебе хорошо отношусь, просто у нас разные дороги, — он легонько похлопал меня по плечу, — Ладно, если что, звони. Я помогу, чем смогу. Мне нужно уехать, отец открыл бизнес в другом городе и отправляет меня там руководить. Не знаю, когда теперь увидимся…
— Не переживай, сами справимся. Езжай куда надо, — сказала я и жестом указала на выход.
— Ты изменилась.… Стала злее, твёрже, но мне нравится. Надеюсь, у вас всё будет хорошо, — он сделал шаг ко мне, видимо надеясь обняться на прощание, но я тут же отошла.
Тогда он в последний раз взглянул на свою дочь, которая вертела в руках небольшой красный кубик, и направился к выходу.
— Прощай, — сказала я и закрыла за ним дверь.
Стас, как и многие богатенькие мальчики, был ветреным и непостоянным. Родители дали ему всё, что нужно, чтобы прожить эту жизнь красиво: деньги, возможность бывать заграницей, престижную работу на отцовской фирме, дорогие подарки в виде машин и брендовых побрякушек. Я никогда не завидовала ему, но ощущала несправедливость жизни. Почему некоторым достаётся всё, о чем они даже не мечтали, а другим ничего, кроме нелегкой судьбы?
Вспоминая своё детство, я всегда задумывалась, а что если бы наша семья была богата? Каким бы человеком я была? Была бы у меня какая-то мечта? Или я прожигала бы свою жизнь, тратя родительские деньги на всякое тряпьё и побрякушки?
Скорее всего, я бы отправилась путешествовать по миру. Когда есть деньги, и нет необходимости работать на дядю, открывается столько возможностей! Возможно, я бы открыла свой бизнес, наняла бы людей, чтобы самой иметь возможность управлять им удалённо, попивая коктейль на пляже или сидеть на травке с ноутбуком в Париже, любуясь на Эйфелеву башню. Но это я, и возможно на меня влияет то, что я выросла в небогатой семье и знаю цену деньгам.
Стас же был отменным тусовщиком, каждую ночь зависал в клубе, днём ходил по ресторанам, часто выезжал в соседние города и пропадал там неделями.
Когда отец устроил его к себе в компанию, он очень сопротивлялся. Мог себе позволить прийти пьяным на работу, да и ещё и в обществе девиц. А мог и вовсе на работу не выйти.
Через общих знакомых я слышала, что теперь он стал серьёзнее. Вроде как его отец серьёзно заболел, и пришлось брать бизнес в свои руки, конечно, не без помощи партнёров отца. Он уехал в другой город, в новый филиал и там стал полноправным руководителем… Иногда Стас ночами мне писал, узнавал как у нас дела, просил прислать фото дочки. Я делала фото и отправляла ему, и в какой-то момент мне даже стало жаль его, но я держалась отстранённо, сама никогда не писала и не звонила, его жизнью не интересовалась.
Глава 15