Доносится дружный хохот. Хочется зажмуриться и развидеть все это. Завершающими моими кадрами становится ролик, где я в раздевалке кричу что не нужен мне Ермолаев. То, что я говорила Шиловой и ее подругам. Они ведь это снимали на телефон.
Стыдно и обидно. То, что было показано до, видимо тоже дело их рук.
Снова взрыв хохота. А конечным кадром стало видео в режиме реального времени. Ермолаев с Шиловой целуются. Их ловит камера. То, как Лев ее обнимает, а она будто прилипла к нему всем телом. Я пялюсь на все это с замершим сердцем в груди. Что-то больно рвется, трещит и падает, разлетаясь на осколки. Нет. Мне же все равно. Не нравится он мне. Ни капли. Такой же, как и все. Вернее, это я не часть их жизни. Какие-то глупые ожидания, которые я сама себе не хотела озвучивать. А это видео всего лишь подтверждение, что да, они пара и имеют на это полное право.
Лучше бы я не приходила. Шилова выполнила свое обещание.
Делаю шаг назад, пошатнувшись и оступаюсь. Падаю в воду, не успев и пикнуть. Ухожу с головой. И будто время останавливается. Остановилось все. Земля может даже.
Вода попадает в глаза, нос, уши. Холодом сковывает тело, каждую мышцу. Но я этого почти не чувствую, потому что внутри распаляется жар обиды, злости и негодования. На себя. Сама во всем виновата. Сама. Придумала, обиделась, дура. Эти эмоции мне не нужны. Но что-то все равно больно давит в груди.
Когда начинают гореть легкие от нехватки кислорода я готова вынырнуть, но меня опережают. Кто-то вытягивает меня на поверхность. Я закашливаюсь, глотнув воздуха.
— Тихонова, — звучит девчачий голос. — Поздновато для купания, — слышу улыбку в голосе.
Открываю глаза. Передо мной девчонка. Из нашего класса.
— Лена, — напоминает она. — Калинина, — уточняет. — Увидела, как ты шагнула назад и…
— Черт, — подтягиваюсь на руках и сажусь на бортик бассейна.
С меня стекает водопадом вода.
— Сейчас замерзнешь, — качает головой.
Начинаю крутить головой.
— Не волнуйся. Народ занят собой и весельем. Никто не видел, как ты нырнула.
— Позорище какое, — всхлипываю. От холода передергивает.
— Кому дорогу перешла? Шиловой? — спрашивает, но будто все и так знает.
— Ага, — киваю.
— Она за своего Леву глотку порвет. Стервь еще та, оказывается. — Так, тебе бы домой.
— Да уж. В таком виде я точно здесь не останусь, — хмыкаю.
— Тут водитель дежурный остался. Чтобы по требованию развозить. Пойдем, провожу, — помогает встать на ноги и мы с ней идем к машинам, что стоят за воротами.
В ботфортах хлюпает. От порыва ветра зубы стучат. Волосы повисли сосульками. Вода капает с платья, волос… Даже не хочу думать, как выгляжу. До дома бы быстрее добраться.
Подходим к водителю. Мужчина лет сорока меня оглядывает с ног до головы и снимает свой пиджак, подает мне.
— Он же намокнет весь, — мне жутко не удобно.
— Бери, а то совсем замерзнешь. И быстро в машину, — командует.
— Лен, спасибо, — благодарю девушку.
— Давай, и сразу в ванную отогреваться, — говорит девушка, мягко улыбнувшись. В глазах сочувствие.
Киваю.
Добравшись до дома, благодарю водителя. Заставляет забрать его пиджак и желает удачи, по-отечески как-то.
Я бегу домой. Лифт, дверь, которую быстро открываю и оказавшись внутри квартиры, запираюсь, привалившись спиной к ней, сползаю на пол и даю волю слезам.
Кого жалко? Не знаю. Просто идиотский вечер.
Дура…
Глава 11
Лев
Вторник. Что там вещает историк ни вникать, ни думать не хочу. Готов вообще уснуть. Да только если бы хаотичные мысли не бомбардировали мою башку с такой назойливостью, то точно вырубился бы. Катька рядом листает конспект. Я же откидываюсь на спинку стула и закинув руки за голову медленно поворачиваю голову в сторону последней парты крайнего ряда.
Пусто. Уже второй день Тихоновой нет в школе. Вздыхаю, почесав затылок.
— Ермолаев, — звучит голос препода. — Ты работать на уроке совсем не собираешься? — спрашивает и сверлит меня взглядом. — Так хоть бы сделал вид, что что-то делаешь. Совсем обнаглел, — качает головой. — Кто ЕГЭ за тебя сдавать будет?
— Пал Сергеич, работаю я, работаю, — ухмыляюсь и утыкаюсь в свою тетрадь, взяв ручку в руки. Но писать не тороплюсь, кручу в пальцах ее.
Отсутствие Тихоновой на празднике зацепило. Ведь при всех, выделил ее. Думал подействует безотказно. Потому и предупредил ведь ее заранее. Но нет, не пришла.
Интуитивно касаюсь зубами кончика ручки.