— Приливы принесут меня обратно к тебе, — они пропели вместе и замолчали.
Дыхание участилось, сердце трепетало, готовое в любой момент вырваться из грудной клетки. Любовь. Страсть. Влечение. Всё это закрутилось в водовороте чувств. Только он. Только она. И ничего больше.
Музыка затихла и медленно набирала темп.
Они стали приближаться друг к другу и их губы соприкоснулись в страстном поцелуе вместе с энергичным проигрышем. Какая-то назойливая мысль запульсировала в голове. Элизабет мысленно протянула руку к красной ниточке и ухватилась за её конец. Мелодия... Она слышала глухую и по-прежнему смутную мелодию где-то в глубине своего сознания. И ниточка указывала путь к ней. Теперь она знала, куда идти, и медленно направилась вперёд.
Внезапно музыка снова притихла, постепенно прибавляя громкость.
Они отстранились и посмотрели друг на друга, как бы спрашивая разрешение на продолжение. Несколько секунд гипнотизирующего зрительного контакта. Они медленно растворялись друг в друге. Безоглядно. До последней капли. Мгновение, и они снова слились в поцелуе вместе со взрывным припевом. На этот раз они уже не сдерживали себя: язык Адриана проник в рот девушки. Он слегка надавил на её затылок, прижимая к себе. Она обвила его шею руками, прижимаясь к нему всем телом.
Им было всё равно, что на них смотрели люди, и многие такое поведение сочли бы неприличным. Пара даже не заметила, как пропустила момент, когда снова нужно вступать. А музыка бежала вперёд, не дожидаясь их.
— Охренеть! — воскликнул мужчина, сидевший у одного из столиков. Поставив фотоаппарат на стол, он тайно сделал несколько снимков целовавшейся пары и успел снять компрометирующее видео длиной в несколько секунд. Но этого было более, чем достаточно. Во время записи он взял мобильный телефон и быстрым движением набрал чей-то номер.
Уже через пару секунд послышался раздражённый голос:
— Тебе чего, придурок? Ты в курсе, который час?
— Карл! У меня здесь такое! — с нескрываемым восторгом сообщил неизвестный. — Помнишь Эллингтона, ну, младшего? Так вот, сейчас он в караоке-баре сосётся с той светловолосой пианисткой. Ну помнишь, как там её звали?
— Элизабет Мур, что ли?
— Именно. Ты представляешь, сколько нам заплатят за эти фото?
— М-м, деньги — это хорошо, — недолго подумав, ответил Карл.