Куноичи буквально выплевывает последние слова, оставляющие горечь во рту. Указ — единственное, что мешало Ино, Шикамару и Чоджи — трем другим ближайшим друзьям в Конохе, сбежать вместе с ней. Видит Ками, весь этот адский опыт оказался бы намного более приемлемым, если бы она не была вынуждена пройти через все в одиночку. Ино, Шика и Чоджи были полностью готовы нарушить запрет на заключение и в любом случае улизнуть из деревни, но она умоляла их так не рисковать; если бы это произошло, их отцы взяли бы вину за неповиновение, чего Харуно не хотела.
— Интересно, — вполголоса замечает Итачи, думая о Конохе под управлением Данзо. Зная природу этого человека, все станет еще более коррумпированным, чем раньше. — Каковы его намерения?
Сакура снова пристально смотрит на него. — Это неинтересно, это карикатура, жестокий распад всего, что когда-то было… — энтузиазм внезапно покидает ее, свет гаснет в зеленых глазах. Девушка, побежденная, прислоняется спиной к дереву, — домом. И, я имею в виду, он всегда хотел быть Хокаге. Ради власти он разрушил все, чем мы дорожили. Что еще ты хочешь знать?
Учиха не особо впечатлился этой идеалистической оценкой. — Где находится сосуд? — Спрашивает отступник, справедливо заключая, что такой человек, как Данзо, сделал бы все и вся, чтобы злоупотребить силой Кьюби, которую Наруто Узумаки держит в себе.
Сакура моргает, на мгновение сбитая с толку. — Сосуд? Какой сосу…, ох. — Холодное презрение в голосе очевидно, особенно когда куноичи бросает на Итачи взгляд, полный глубочайшего отвращения. — Он, знаешь ли, человек, а не вещь или контейнер. Он мой лучший друг.
— Какое чрезвычайно милое чувство, — скучающе говорит Итачи. — Позволь мне повторить — где находится сосуд, девочка?
— У него есть имя! — Прорычала Сакура, и Учиха небрежно замечает, что при этой малейшей, довольно примитивной провокации она внезапно выглядит достаточно разъяренной, чтобы наброситься и попытаться вырвать глазные яблоки. Однако, поскольку куноичи ранена и у нее мало чакры, она довольствуется тем, что просто смотрит на него, как на отброса. — И у меня тоже, на самом деле. — Сердито добавляет Харуно.
— Хорошо, — Итачи забавляет столь бурная реакция. За исключением Дейдары, он никогда не встречал никого столь… выразительного. — Где Наруто, Сакура? Я могу предположить, что Данзо попытался бы использовать его для своих целей, как только он вернулся в деревню с вашей командой.
Сакура бунтарски скрещивает руки на груди. — Почему я должна тебе говорить? — С горечью спрашивает куноичи. — Ты тот, кто охотился за ним последние три года.
Тень ухмылки мелькает на лице Итачи, он решает использовать ее предыдущие слова. — О, так ты не знала?
Харуно не клюет на приманку, внезапно замерев от волнения, представляя миллион ужасных сценариев и вещей, которые могли пойти не так за восемь месяцев с тех пор, как она видела Наруто. — Что? — Медленно спрашивает девушка, краска отливает от ее лица.
— В свете недавних событий Акацуки изменили некоторые из своих конечных целей. — Невозмутимо заявляет Учиха.
В этот момент Сакуре кажется, что она на самом деле забывает дышать. — Например, что? Почему? — Требует ответа куноичи, отчаянно надеясь, что они прекратили свои поиски всех Джинчуурики для своих сомнительных целей и не сделают что-то еще, такое же злое и ужасное, что могло повлиять на нее и Наруто на личном уровне.
— Это не твоя забота, — спокойно отвечает Итачи.
На несколько мгновений он думает, что у маленькой розововолосой куноичи действительно случится аневризма, услышав уклончивый ответ — все физические признаки налицо. Но затем, прямо на его глазах, что-то меняется; ее рука разжимается из кулака, а зеленые глаза расширяются от какого-то зарождающегося осознания, в то время как поза меняется на расслабленную. — О, ками, — тихо выдыхает Сакура. — Она сломалась, не так ли? Цунаде-шишо говорила, что это должно было произойти в ближайшее время — что статуя, содержащая Биджу, была древней и настолько хрупкой, что не смогла бы выдержать действительно сильный шторм, не говоря уже об одном хорошо выполненном элементальном дзюцу S-ранга.
Девушка может быть раздражающе эмоциональной, да, но Итачи должен признать, что, чтобы так быстро прийти к правильному выводу, она должна быть довольно смышленой под этой возмутительно хрупкой и непрактичной внешностью. Учиха не дал никаких указаний на точность ее предположения, но Сакура торжествующе улыбнулась. — Кто это сделал?