— Что-то интересное нашел? — поинтересовалась Гермиона.
— Да еще непонятно, — проговорил юноша. — Вроде бы есть что-то, но вот что…
— Ты не забыл, что у нас полсотни малышей? — спросила девушка. — Им, конечно, еще с недельку спать, пока все не поправится, но что будет потом?
— Со взрослыми надо разобраться, — кивнул Гарри, усаживая Гермиону себе на колени и обнимая ее. — Знаешь, я тут подумал…
— Вау! И как успехи? — улыбнулась девушка, которой объятия юноши были очень приятны.
— Мы с тобой никогда не говорили об этом… — мистер Поттер взял себя в руки. — Но я хочу тебе признаться.
— В чем? — насторожилась Гермиона, ожидая в этот момент что угодно. Неслышно вошедшая Лили все, в отличие от своей мамы, поняла, сжав кулачки. Девочка волновалась за папу.
— Когда-то давно, будто в прошлой жизни, ты вошла в мое купе, — заговорил юноша, поглаживая девушку по спине. — Твоя улыбка меня покорила, но я еще ничего не понимал. Когда на тебя напал тролль, мне было просто страшно, а когда василиск — я думал, что умру от тоски. Ты помогала бесчисленное число раз, никогда не предавала, просто заботилась, как умела. Я… я люблю тебя.
— Я тебя тоже люблю, глупенький, — выдохнувшая Гермиона взъерошила лохматость Гарри. — С того самого момента, когда ты закрыл меня от тролля. Не возражай, я теперь уже все помню. И да, я буду твоей женой.
— Ура! Ура! Ура! — запрыгала абсолютно счастливая Лили. — Наконец-то! Ура! Праздник!
Целовавшихся юношу и девушку прервал сигнал модуля. На экране была ракета. Явно космического образца, она была странной и что-то трогала в душе молодых людей. Надпись на борту была выполнена какой-то вязью, но юноша был уверен, что это именно надпись. Время расшифровки было потрачено на объятья.
— Вы теперь по-настоящему папа и мама, — успокоено произнесла остроухая девочка. — Счастье…
— Корабль «Посейдон», рейсовый «Земля-Марс», — произнес голос речевого информатора корабля. — Возраст пятьдесят тысяч лет.
— Интересное кино… — согласилась Гермиона. — Но здесь явно больше ничего нет, так что летим дальше и разбираемся с текущими делами.
— Согласен, — кивнул Гарри, задумавшись о том, как пятьдесят тысяч лет назад мог летать звездолет, если люди едва-едва вышли в космос?
Долго думать над этим вопросом особого желания не было. Было желание покушать, немного отдохнуть и заняться всеми обнаруженными, эвакуированными, ну и тому подобное. Впереди был пояс астероидов, который было решено миновать, затем Сатурн, Уран, Нептун и уход в открытый космос. По крайней мере таким был их план.
***
Сигнал тревоги прозвучал, когда семья уже пообедала и раздумывала о послеобеденном отдыхе. Не раздумывая, Гарри рванулся в рубку, вслед за ним поспевали и Гермиона с Лили. На большом экране виднелась какая-то сеть красного цвета, она простиралась вверх и вниз, сколько хватало взгляда. Бегущая строка информировала экипаж о том, что за пределами этой границы нет никакого пространства.
— Это значит, мы заперты в Солнечной Системе? — удивленно спросила девушка. — Но как так?
— Что бы это ни значило, мы можем попробовать уйти в субпространство… — напомнил ей недавно прочитанную книгу Гарри. — Если барьер есть и там, тогда…
— Но из звездной системы нельзя же… — проговорила Гермиона. — Гравитационное поле может нарушить навигацию.
— Учитывая, что нам все равно куда лететь? — попытался спародировать Снейпа юноша, вызвав улыбку возлюбленной. — Не оставаться же здесь… — горько произнес он.
— Ладно, — кивнула девушка. — Но надо Лили в защитный кокон, ну и нас, наверное?
Началась суета. Что интересно, девочка без возражений устроилась в коконе наивысшей защиты, где сладко зевнула и почти моментально уснула. Были покрыты защитой капсулы детей, проверена и камера опасных существ. В принципе, исследовательское судно было рассчитано на очень многое, поэтому теоретически могло уйти в субпространство и из звездной системы. В любом случае, молодые люди, по их мнению, ничего не теряли.
— Прыгаем к альфе Центавра, она для нас ближайшая, — произнесла Гермиона, вводя координаты.
— Согласен, — Гарри было интересно, как это будет. Отведя судно подальше от барьера и ближайшей планеты, он поднял вверх палец, сигнализируя о готовности.
— Ну… тогда полетели, — легкомысленно улыбнулась Гермиона, нажимая клавишу включения привода и прыжкового двигателя. Изображение на экране затянуло белесой мутью, навалилась необъяснимая тяжесть, от которой стало сложно дышать.