— Абрикосового сока, Конн?
— Нет, благодарю, мистер Доминго.
Эту фамилию носила семья Ила. Его родные и не подозревали, что колдовской дар передаётся в их семье по мужской линии — следовательно, и Ил, и его отец были ведьмаками из рода Харманов.
— Прошу, зови меня дядей Анри, — отозвался мужчина.
У него, как и у Ила, были фиалковые глаза и красивая улыбка. Он всё же наполнил стакан Коннора соком.
“Теперь ясно, от кого Ил унаследовал свой блистательный интеллект”, — с иронией отметил Коннор.
— Спасибо, дядя Анри. Кстати, я не Конн, а Коннор.
— Какое редкое имя! Но очень милое и звучит современно.
— Это моя фамилия, но я уже привык, что все называют меня именно так.
— Правда? Но позволь узнать твоё имя…
Коннор отломил кусок тоста, пытаясь скрыть неловкость:
— Ракш.
— Как красиво! Почему же тебя не зовут по имени?
Коннор пожал плечами:
— Не имею понятия.
Он заметил, что Галия смотрит на него. Обычно оборотням давали имена в честь животных, в которых они превращались, но ни “Коннор”, ни “Ракш” под это объяснение не подпадали.
— Меня бросили, когда я был ещё совсем маленьким, — бесстрастно объяснил он, переглянувшись с Галией. Он не надеялся, что отец Ила что-либо поймет, но пытался удовлетворить любопытство юной принцессы. — Поэтому своей настоящей фамилии я не знаю. А моё имя означает “демон”.
Отец Ила застыл с коробкой сока в руке.
— О, как… мило. Теперь всё понятно о… — Он заморгал и отошёл, забыв наполнить стакан Ниса.
— А что означает твоё имя? — спросил Коннор у Галии, с вызовом смотря в её глаза.
Впервые за всё время завтрака она немного насмешливо улыбнулась:
— “Спокойствие”.
Коннор фыркнул:
— Подходящее имя.
— Мне больше нравится “Ракш”.
Коннор не ответил. Поскольку дяди Анри не было рядом, Коннор воспользовался случаем, чтобы продолжить разговор с Илом.
— Так ты всё понял? В универ не пойдёшь.
— Я должен пойти!
Для парня, точно сотканного из тонких ниточек, Ил ел слишком много. Вот и сейчас он жевал блины, подогретые в микроволновке.
— Об этом не может быть и речи. Как мы будем сопровождать тебя? За кого нам себя выдавать?
— За моего дальнего родственника из Канады и его друзей, — невнятно отозвался Ил. — Либо за учащихся, присланных по обмену, чтобы ознакомиться с американской системой образования… — И прежде чем Коннор успел открыть рот, он добавил: — Кстати, а почему вы не в универе? Или у вас уже каникулы?
— Мы учимся точно так же, как и ты, — объяснил Уилл. — Кроме Ниса — он закончил школу в прошлом году. А мы с Коннором — на последнем симестре, как и ты. Нас просто на время освободили от пар.
— Ручаюсь, и отметки у вас такие же неважные, как у меня, — насмешливо заметил Ил. — Но мне придётся ходить в универ всю неделю. На всякие учебные мероприятия и прочие вечеринки. Если хотите, я возьму вас с собой. Это будет забавно.
Коннору хотелось разбить об его голову тарелку с овсянкой. Но тут ему пришлось отвлечься. Младшая сестра Ила Алекса сползла со стульчика и теперь пыталась вскарабкаться на колени Коннора. Парень растерянно смотрел на неё сверху вниз. В семейном кругу он всегда чувствовал себя неловко, к тому же вообще не умел общаться с детьми.
— Иди на место. — Он отстранил малышку и попытался подтолкнуть её к высокому стулу.
Обернувшись, она протянула к нему ручки.
— Ке-е! Ке-е!
— Так она называет кошек, — пояснил отец Ила, ставя на стол блюдо с сосисками. Он взлохматил тёмные волосы малышки. — Ты хочешь сказать “Конн”, да? — спросил он.
— Коннор, — услужливо подсказал Уилл.
Алекса вскарабкалась на колени Коннора, ухватилась за его одежду и села.
Коннор увидел прямо перед собой большие фиалковые глаза. Колдовские глаза.
— Ке-е, — решительно повторила она и наградила Коннора слюнявым поцелуем в щеку.
Уилл усмехнулся: