Капитан быстрыми шагами направился к лежащему на земле трупу. Что он делал — в тусклом свете фонарей было почти не видно. Впрочем, действовал мужчина крайне осторожно. Кажется, даже ступал по созданной воздушной подушке, а не по земле, чтобы не оставлять следов. На осмотр ушло около получаса. Может, даже больше. Я потерялась во времени, а отслеживать его по старенькому планшету не стала. Привалилась к стене, присаживаясь на сумку с вещами и пытаясь понять — что ждет дальше? Поверит ли мне этот человек? Что потребует за свою помощь? Бояться сил не было.
В какой-то момент я, наверное, провалилась в дрему от усталости, но вскоре пришла в себя от прикосновения к плечу. На миг показалось, что, несмотря на бесстрастное выражение лица, капитан чем-то раздосадован. Но уже спустя секунду в необычных янтарных глазах снова застыло безразличное выражение.
— Я закончил, грэсса. Вызвал следственную бригаду — теперь это их работа. Все, что нужно, я уже узнал. А вас попрошу проследовать за мной.
Увидев, как я вскинулась, качнул головой.
— У меня нет никаких оснований полагать, что вы замешаны в этом деле более, чем случайный свидетель. Я сниму с вас показания, мы обговорим произошедшее, и на этом для вас все закончится, — голос мужчины звучал непривычно мягко, словно он не хотел меня спугнуть.
— Как будто у меня есть альтернативы, капитан Шаэл, — пробормотала, медленно поднимаясь.
Несмотря на то, что тело переполняла чужая энергия, разум метался в клетке. Давно я не чувствовала себя настолько уставшей и разбитой. Когда мой план побега потерпел сокрушительное поражение? И что теперь меня ждет, если семейство Таэру не погнушалось даже жучки поставить? И зачем только прицепились!
— Альтернативы есть всегда, грэсса Альде. Можете мне не поверить, но даже из самой безвыходной ситуации есть, как минимум, два выхода. А то, может, и три, — и звучало в чужом голосе скрытое торжество, которое буквально вещало — капитан просто специалист по безвыходным ситуациям.
Что привыкли делать мы, рядовые граждане Союза? Довериться в любой сложной и непонятной ситуации специалисту. Авось уж он-то, блистательный герой, выход отыщет.
С губ сорвался нервный смешок.
— Не подскажите, какие?
Глава 2.2.
Если тебя не съели — ещё есть шансы выбраться.
— Можно умереть, — меня взяли под локоть, вежливо, но непреклонно таща в темноту за капитаном, — можно сойти с ума и сдаться. А можно выполнить условия тех, кто тебя туда загнал, и сломаться окончательно, — его тон был сух и бесстрастен, и только губы на миг дрогнули, обнажая по-звериному большие и острые парные клыки.
Что же все-таки это за раса?
Мы подошли к флайеру, блестящему матовыми черными боками во тьме. Ни единого знака различия — машина не служебная. Я примерно представляла, сколько такая может стоить. Даже у Таэру были классом попроще.
— “Thagar”? — Уточнила, глядя на хищные округлые обводы и вытянутый силуэт, напоминающий древнее орудие убийства — стрелу.
— Не думал, что девушки разбираются в элитных машинах. Особенно, таких.
— Если интересно — думаю, каждый будет готов разобраться. Это ваш личный транспорт? — не удержалась от вопроса, сверкнув заинтересованно глазами.
В салоне было тепло, уютно и пахло чем-то терпким и сугубо мужским. Как только я пристегнулась, машина сорвалась с места, взвиваясь в синеющее небо.
— Это действительно моя машина, ни к чему пользоваться служебными, когда я могу себе это позволить. Зато коллегам пригодятся, — и в этих словах не было бахвальства или желания выпятить свою состоятельность, как стремился все время сделать Таэру. Нет.
Псионик просто констатировал факт. Он мог — и делал, не видя в этом ничего особенного. Об убийстве я спрашивать боялась. О чем ещё говорить — да и стоит ли — не знала. Так что следующие минут пятнадцать прошли в неожиданно уютном молчании.
Странно, потому что обычно я плохо сходилась с людьми даже на уровне “пойдем, подвезу”, не говоря уже о личных отношениях. Единственный друг был теперь потерян, тот, кого я когда-то любила — или думала со всем пылом юности, что люблю, и подавно. А больше никого и не было. Шапочные знакомые. Чужие лица, чужое жилье. И непроходящая пустота.
— Прибыли. Прошу, грэсса.
Вовремя. Ещё не хватало захандрить. Я уже было потянулась к злополучному чемодану, но меня остановили.
— Позже, грэсса. Уже поздно, ночевать я вас здесь в любом случае не оставлю.
От усталости перед глазами стояла пелена. Кажется, я кивнула. Бесконечные коридоры, безликие темные кабинеты, периодически попадающиеся нам навстречу, несмотря на поздний час, люди.