Нацу молчит, и Эльза уже почти верит в правильность своей догадки.
- Он хотел бы убить меня первой, но не мог сделать это с воздуха и поэтому решил ждать нас и сразится с тобой. Нацу, ведь это означает, что у Драконов есть чувства, понимаешь? Они такие же как мы, это просто злая воля Роуга направляет их! – Эльза в восторге чуть не вскакивает на ноги.
- Нет, Эльза, – печально возражает Нацу. – Они не такие как мы. По крайней мере, не такие, как ты.
Эльза минуту переваривает эти слова, глядя в родное, такое непривычно хмурое и напряженное лицо Нацу.
- Нацу, ты не такой тоже…- неловко пытается подбодрить Эльза и замолкает не в силах подобрать слова.
- Да? – Драгнил смотрит с вызовом. – Ты уверена в этом? –Он недовольно дергает плечом и снова смотрит на редеющий дождь.
- Я знаю, что ты добрый, что ты не дашь никого в обиду, что ты не жестокий и не кровожадный, что ты мой друг… – от всего сердца говорит Эльза.
- Друг… –хмыкает Нацу, обрывая ее излияния, и Эльза обиженно замолкает. Несколько минут они молчат под шум дождя. Эльза хочет начать разговор, но будто чувствуя, что Нацу еще не все сказал, не решается. Соль невысказанных слов жжет язык, и Драгнил не выдерживает.
- А если я больше не хочу быть просто другом? - Нахмуренно глядя через плечо, спрашивает Драгнил.
Эльза понимает, что в этот раз отшутиться не получиться, что настало время расплаты за все те бесчисленные мимолетные взгляды, слова и прикосновения, которым она никогда не придавала значения. Это ведь просто Нацу, – говорила она себе и неловкость проходила. Но теперь «просто» - это уже не про него.
- Тебе не кажется, что сейчас не подходящее время выяснять отношения? – хмурится Титания, прибегая ко второму спасательному кругу – строгости.
- Не кажется, – невесело смеется Драгнил. – Я бы и рад сказать давай сначала спасем мир, а потом разберемся, но думаю нужно ловить момент, ведь стоит только всему наладиться, как ты снова будешь убиваться по этому гаду Джерару…
- Не впутывай его! – злится Эльза.
- Я?! Я его впутываю?! – взрывается Нацу и резко дергает ее куртку. Эльза пытается вырвать ткань, но Драгнил уже забирается рукой в карман и швыряет ей на колени прихваченный сувенир.
Эльза вызывающе вздергивает подбородок.
- Наши с Джераром отношения тебя не касаются.
- Отношения? Да, хорошенькие у вас отношения. Знаешь чего не пойму? Почему ты всегда такая умная, проницательная и здравомыслящая превращаешься в близорукую идиотку стоит только речи зайти о Джераре, а?!
- Ты правда хочешь узнать ответ на этот вопрос? – холодно говорит Эльза и смотрит на Драгнила прищурив глаза.
- Ого, какой грозный взгляд! – насмехается Нацу, и Эльза всерьез жалеет что не врезала ему от души, когда была возможность. – Неужели ты про слово на букву «Л»? – вытаращив в поддельном изумлении глаза, кривляется Нацу. Эльза отпихивает его прочь так, что он падает на спину.
Титания выходит под дождь. Ей невыносимо находится с ним, и она идет прочь со всей доступной скоростью. Ей просто нужно остыть, побыть одной, выплеснуть куда-то досаду и гнев. Если Нацу кинется ей вдогонку, она, не ровен час, прибьет его на месте.
Но Драгнил, похоже, тоже исчерпал запасы терпения. За спиной пару раз полыхает алым, но Эльза упрямо не оборачивается. Она одна слоняется по мокрому лесу, пока не останавливается под раскидистым дубом, что потерял уже почти всю листву. Усевшись около ствола на наиболее сухое местечко, Эльза продолжает кипеть от гнева.
Да что он знает! Ребенок, мальчишка! Что он может знать о ней и Джераре?! Ничего! Ни-че-го!
Каким-то уголком души Эльза хочет успокоить себя привычными словами «Это же Нацу. Ну что с него взять – он пацан». Но фальшь от этой мысли слишком очевидна. Нацу уже не мальчишка. Больше нет. Только не в этом мире, где на него возложена миссия чуть не избавителя человечества. Только не в этом мире, где он убивает многотонных чудищ, пробуждая свою магию так, как раньше мог только мечтать.
На секунду Эльза отстраняется от своего вечного девиза «Сделай правильно!» и смотрит на их дорогу отстраненно, будто это не она настояла на том, чтобы идти в Магнолию. Она свято верила, что клятвы данные их городу, повязанные со знаком их гильдии, нельзя нарушать. Это преступно и позорно и совершенно невообразимо. Но сидя на мокрой земле в глухой чаще, чувствуя кожей промозглый воздух леса, Эльза будто наяву слышит голос Джерара.
«…сейчас решается судьба мира, и старые клятвы не имеют силы…»