С Игорем Ильины я была… В общем-то не знакома. Точнее, я слышала о нём постольку поскольку. Во время наших отношений Потапов так старательно разделял меня и свою жизнь, что если так подумать, я не знала о нём ровным счётом ничего. И ещё меньше о тех людях, кто его окружает, о его друзьях и коллегах. Но Ильин…
Ильин выделился даже тут. Мы пересекались всего несколько раз, но умудрились не понравиться друг другу с первого взгляда. Причём я даже не знала — почему, это была просто внезапная, обоюдная неприязнь. И данный факт не изменился.
Я не любила Ильина, он не переваривал меня.
«Тоже были проблемы с ним?»
«Проблемы? Хуже. Я за него замуж выйти умудрилась…»
«Сочувствую…»
«Я ему тоже. Оп, полундра. Бухгалтерия пришла, надо отбить их налет до того, как они получат столбняк от вида моего шикарного шефа с детьми»
«Э-э-э…»
Я растерянно моргнула, перечитав сообщение ещё раз. И ещё, на всякий случай. И всё равно не выдержала, напечатав очередной вопрос:
«Я хочу об этом знать?»
«Поверь мне, точно нет… Ну, пожелай мне удачи, что ли?»
— Удачи, — почти беззвучно шепнула я, убрав телефон в сторону и откинувшись назад. На лице почему-то сама собой появилась мягкая, удивлённая, но довольная улыбка. И мне совсем по-детски хотелось продлить подольше это безмятежное ощущение счастья, появившееся в душе от этого глупого, внезапного разговора. Даже интересно стало, эта Лёля…
Какая она?
Я прикусила губу, пытаясь представить, какой могла быть моя новая знакомая. Почему-то я точно знала, что она упряма и эмоциональна, а ещё, что Лёля — яркая, энергичная, притягательная. А ещё — откровенно упёртая и местами бескомпромиссная. И если это так, то, как такое чудо вообще занесло на должность личного помощница Макса? Он же был типичным деспотом и тираном во всём, что искренне считал своим. Не важно, что это — дом, бизнес или отношения, Потапов контролировал всё, от и до.
Всегда.
Вздохнув, я рассеянно провела пальцами по спутанным волосам, собранным в небрежный пучок на затылке. Разум-предатель настойчиво шептал о том, что, наверное, Максим просто не умел иначе. Не умел расслабляться, оставлять работу и офисные интриги за порогом дома. Не умел и по привычке продолжал командовать, гнуть и ломать меня под себя. Ведь в его вселенной всё было для Максима Потапова, всё делалось ради него, благодаря нему и это… Пугало.
Я машинально передёрнула плечами, сжав пальцы в кулаки. Да, это пугало. До сих пор, даже почти два года спустя. Пугало до дрожи, до заполошного стука сердца и привкуса безнадёги на кончике языка. Слишком хорошо я помнила наши ссоры и споры, как мы взрывались, бросались нелепыми обвинениями и не хотели идти на компромисс. И пусть сейчас я не могла отрицать тот факт, что Потапов изменился, неуловимо, мне по-прежнему было страшно.
Страшно однажды узнать, что это — всего лишь затишье перед бурей. И стоит мне только чуть-чуть расслабиться, как всё вернётся на круги своя. Разрывая и без того бедное сердце в клочья, ничего не оставив после себя.
Собрать себя снова я бы уже не смогла…
— Слишком много думаешь, Ирина.
Холодный, чуть насмешливый тон разбил то хрупкое ощущение спокойствия, царившее в палате. Я могла бы поклясться, что слышу, как рассыпается осколками по полу окутавшее меня умиротворение и закрыла глаза, на миг задержав дыхание. Хотелось как в детстве, накрыться одеялом с головой и притвориться, что всё в порядке. Что я не слышала тех самых, до тошноты знакомых покровительственных ноток в голосе внезапного гостя. Но тот же самый разум-предатель тут же нарисовал перед мысленным взором прищуренный снисходительный взгляд и едкую, циничную усмешку на красивом, можно сказать породистом лице успешного адвоката.
Не оставив ни единого шанса на то, чтобы спрятаться от грядущих неприятностей. А они ведь будут, этот человек никогда не приходил просто так.
— Что тебе нужно, Ильин?