— Вот так, — она сжала его руку с ножом и направила на очищенную картофелину. — А если не придерживать, то соскользнёт!
— Думаю, с этим я справлюсь!
Люциус другой рукой придавил картофелину, и на доске появились тонкие ломтики. Гермиона быстро положила на доску следующую, чувствуя, как близко к ней он сейчас: пряжка ремня задевает поясницу, лёгкий запах сандала кружит голову. Она почти видела, как Люциус улыбается, чуть наклонившись и ероша её волосы на затылке. И заставляла себя подкладывать картошку, чтобы не думать о том, как непозволительно хорошо в его объятьях. Так хорошо, что она не прочь бы, чтобы это продолжалось подольше.
— Мне нравится готовить с тобой, — негромко сказал Люциус куда-то ей в волосы. — Это необычно. И увлекательно.
Гермиона с трудом подавила волну тепла, которая прошла по телу от этих слов, и сосредоточилась на тыльной стороне ладони Малфоя. Она слегка погладила её, коснувшись двух перстней с гладкой оправой.
— Мне тоже, — выдавила ведьма, краснея. — Знаешь, я немного напеваю, когда готовлю…
— Так что тебе сейчас мешает?
— Твоё чувство прекрасного!
— Да что ты! А я бы вот послушал…
Гермиона хихикнула и негромкого запела:
— Играет свет свечи в бокале,
А мы с тобою в зазеркалье,
Скажи, какое заклинанье
Тебя вернёт?
Сверкает лёд зеркал разбитых,
Но ничего не позабыто,
И в море слёз, тобой пролитых,
Корабль плывёт…
— Как-то печально, не находишь? — тихо спросил Люциус. — Впрочем, что там дальше?
— Ну… — смутилась ведьма. Она уже жалела, что невольно выбрала именно эту песню. — Там дальше…
Ты — моё отражение,
Ты — моё наваждение,
Ты — моё искушение.
Мой рай на земле…
— Уже лучше! — рассмеялся Люциус. — А есть у тебя в репертуаре что-нибудь весёлое?
— Оу, сейчас вспомню!
Подгорело жаркое,
Это что же такое…
Когда с нарезкой было покончено, Гермиона сунула в печь противень, сняла прихватки в виде лягушек.
— Ну, теперь осталось только ждать!
Они успели опрокинуть ещё пару бокалов и перекинуться байками о временах Хогвартса, как минуло полчаса и кухня наполнилась дивным ароматом.
— Как вкусно пахнет! — зажмурившись, потянул носом Люциус. — Сервируй скорее стол! Хочу попробовать, что у нас там получилось.
Они устроились прямо там, на кухне, за широким столом, наспех накрытым белоснежной скатертью. Вино играло в пузатых бокалах, а на тарелках дымилось сочное мясо с гарниром в румяной корочке.
— М-м-м! — Гермиона прикрыла глаза от удовольствия. — В первый раз получается так вкусно!
— Да, — согласился Люциус. — В тебе пропал отличный кулинар! Дашь Хэнку пару уроков?