Пикап взревел, сильный двигатель работал, чтобы мы двигались по дороге, которая становилась неприятно отвесной. Зак сжимал ручку над дверью, стиснув зубы. Каждые сто метров дороги мы поднимались на пятьдесят футов. Мы взбирались по горе.
Мы снова добрались до поворота, дорога развернулась. Мы поднимались. Еще поворот. Теперь мы ехали на восток — пересекали горную гряду. Оставляли каньон позади.
Уверена, голубка? — спросил Рикр.
Я кивнула, дрожа на сидении почти в волнении. Я не знала, где мы были, и где окажемся, но я знала этот путь. Я знала его костями.
Дорога тянулась зигзагом по гряде, потом поворачивала на север и медленно спускалась. Я не видела ничего, кроме дороги и леса, едва сдерживаемого утрамбованным гравием, но я подозревала, что мы спускались в долину между вершинами гор.
Три километра мы ехали по густому лесу, все дальше от следов цивилизации. Канавы в земле показывали, что большие машины порой проезжали тут — к шахтам или рубить лес, наверное — и порой бреши в зарослях показывали жуткие пропасти в футах от шин пикапа.
Дорога снова развернулась, продолжая спуск, а у следующего поворота я замедлила машину. Мое сердце колотилось.
Я замедлилась еще сильнее, поворот был впереди. Пикап полз вперед.
— Сейбер, — напряженно сказал Зак.
Моя нога замерла над педалью газа.
— Сейбер, поверни.
Я дала машине съехать с дороги в стену зелени. Зак издал сдавленный звук, ветки били по машины, листья закрыли лобовое стекло. Ветки трещали, пока бампер придавливал кусты, неизвестность пугала.
Одна — две — три секунды…
Мы вырвались из стены зарослей. Заросшая дорога тянулась, мягко изгибаясь, пятна света солнца падали на землю, покрытую мхом.
— Блин, — выдохнул Зак. — Ты понимаешь, что это мог быть обрыв?
Я ехидно улыбнулась ему.
— Я не думала, что знаменитого Кристального Друида так просто испугать.
— Как и я, — прорычал он, — но это было до того, как я пустил тебя за руль.
Рикр встряхнулся, недовольно топорща белую шерсть.
Можно узнать, нас ждет еще близость смерти, или дальше будет приятнее?
— Вы два — нытики, — сказала я, направляя пикап по дороге. Местность была хуже, чем дорога из гравия, мы подпрыгивали на сидениях, шины прыгали по камням и корням. — Было не так и плохо.
Зак покачал головой.
— Ты поняла, куда мы едем?
— Нет. Но… — дрожь пробежала по мне. — Но мы почти там.
Мое тело дрожало в предвкушении. Впереди густая стена деревьев прерывалась. Сияло солнце. Открытое пространство.
Мы выехали из теней на залитый солнцем луг.
Я остановила машину, сжимая руль, и смотрела в лобовое окно, голова кружилась, я едва дышала. А потом я припарковала пикап и открыла дверцу, не став даже выключать двигатель.
Мои ноги пропали в траве, достающей до бедер, когда я опустилась на землю. Энергия наполнила меня приятной волной, и все мое тело согрелось. Я знала это чувство. Я знала эту энергию.
Луг тянулся вдаль, длинная трава трепетала волнами на ветру. Лиловые полевые цветы качались с травой, воробьи летали среди зелени. Горы поднимались со всех сторон, уходили вдаль, покрытые старыми тихими лесами. Искрящийся ручей тянулся на востоке, пересекая луг. Белые одинокие облака бросали на пейзаж мягкие тени.
Я повернулась.
Там. Там, в дюжине ярдов от пикапа, с тропой из больших камней, ведущих к нему. Бревенчатый дом с широким крыльцом и большими окнами, выходящими на луг на юго-востоке. Лозы покрывали одну сторону, клумбы перед домом заросли сорняками. Но общий вид был тем же.